Книга Печать безумных. Пророчество, страница 269 – Екатерина Гичко

— Какие красивые… — долетело до Лирки.

Близнецы, брат и сестра, действительно были очень красивы. Казалось, от них исходит сияние, как от снежных духов.

«Снежные духи не сияют»,— сварливо поправил Иррес.

Хайрени Елалиия очаровала Лирку. Столь нежных и сиятельных девушек ей ни разу не доводилось видеть. Хотя хайрени скорее ещё ребёнок, милый и улыбчивый, не познавший тяжести и подлости мира. Длинные снежно-белые волосы очаровательными завитками опускались до самой талии и были перевиты жемчужными нитями; на совершенно фарфоровом лице ярко сияли насыщенные синие глаза; белые с серебром одежды только придавали хайрени сходство с духом.

«Миленькая,— даже удивительно слышать от Ирреса столь скромную реакцию, — но слишком мелкая».

Хайрен Иерзѝш рядом со своей сестрой выглядел не столь эфемерно. Выше ростом, уже больше юноша, чем ребёнок, так же одетый в белое с серебром. Но мрачный вид и недружелюбный взор делали его более земным, правда, ничуть не умаляли его красоты.

Хайрен Иерхарид любезно всем улыбнулся и сопроводил семейство до кресел, где помог с удобством устроиться жене и дочери, а вот сына беспардонно выпихнул в зал, под тихие смешки молоденьких девиц. Хайрен Иерзиш осмотрелся обозлённым котом и с самым независимым видом опёрся плечом на колонну.

«Вот и жертва сегодняшнего вечера»,— сочувственно протянул господин Наэш.

— А не опасно ли вот так оставлять хайрена? — Лирка просто почувствовала сострадание к мальчишке. Ей казалось, что она понимает его чувства.

Саврий посмотрел на неё с хитрым пониманием.

— Сомневаюсь, что после того, что он учудил на прошлом балу, кто-то из дам осмелится к нему подойти, — успокоил он Лирку.

— Харен Ранхаш Вотый и старейшина Майяри Вотый!

Лирка едва не выскочила из укрытия.

По лестнице действительно спускалась подруга в компании мужа. Оба выглядели вымотанными, и Лирке стало их ужасно жаль. Майяри наверняка потащилась сюда только из-за неё. Словно оправдывая её мысли, подруга сразу начала бесцеремонно осматриваться, позволяя мужу вести себя прямо к семейству хайрена Иерхарида. Увидев Лирку, Майяри просияла и знаком показала, что сейчас они наведаются и к ним. Лирка отметила, что Майяри тоже не очень вписывается в цветочный хоровод дамских нарядов. Её платье вообще очень напоминало повседневное, только чуть более нарядное.

По залу прошлось волнение. Саврий, явно что-то уловив, выступил из укрытия и вытянул за собой Лирку. Сам он встал по левую сторону от пустого кресла, а женщина роскошной тенью замерла за его спиной.

— Хайнес Узээриш! — громогласно возвестил распорядитель, и все звуки в зале мгновенно смолкли.

С нового места Лирка лестницу не видела, но слышала, как шуршит толпа, расступаясь, а сквозь этот шорох и шелест долетает до слуха решительный цокот подбитых железом каблуков. Из-за плеча Саврия она увидела стремительно проходящего мимо хайнеса, который сперва направился к отцу, чтобы поприветствовать его, с улыбкой что-то сказать мачехе и поцеловать ручку довольной сестричке. Отдав дань уважения семье, он направился к своему месту, осматриваясь по сторонам, словно выискивая кого-то среди гостей. И делал это так беззастенчиво, что толпа заволновалась и гости начали переглядываться, пытаясь угадать, на кого хочет направить своё внимание Сильнейший. Взбежав по ступенькам со своей обыкновенной энергичностью, хайнес обратил взор на Саврия и начал было: