Книга Печать безумных. Пророчество, страница 163 – Екатерина Гичко

Тело жреца уложили на настил, и толпа тихо загудела. А-ара из-за спин других жён видела, как некоторые жрецы подходят к сложенному костру и что-то говорят. Прощаются.У них не были приняты прощания. Точнее, с умершим прощались жёны и дети, но в шатре, укрытые от чужих глаз. Они прощались с тем, кем он для них являлся. И всё. Нужно ли прощаться с тем, кто уходит на рассвете, чтобы стать новой жизнью в этом же мире? Можно ли считать это уходом? Видимо, другие народы — некоторые из них — считали, что можно.

К полуночи бутоны костровиков раскрылись, и искры начали вспыхивать в сухих комьях травы, которыми забили щели сруба. Первые язычки пламени лизнули влажное дерево, зашипели и поблекли. Но уже через мгновение вспыхнули ярче, заиграли, закрасовались, и пвскоре занялся весёлый трескучий костёр, освобождающий огонь которого обнял возложенное тело.

А-ара с замиранием смотрела в пламя. Ещё день назад И-тро-х был жрецом хуани-са, прошедшим долгую дорогу жизни. А с рассветом он опять родится. Слабым, ничего не знающим и ничего не понимающим. Утерять всё, чтобы опять начать обретать заново. Смысл жизни? А-ара неожиданно усомнилась. Неужели смысл жизни в обретении? Но если ты, умирая, всё теряешь, то теряется и смысл?

Одна из многих загадок, которые появились в последнее время и теперь терзали её.

Огонь полностью прогорел спустя час. Плачущие жёны собрали в красную посмертную ткань пепел и кости и в сопровождении детей отправились к реке, чтобы проститься с умершим уже окончательно.

И-тона взяла на себя распоряжение последней трапезой, как вторая главная женщина в становище. А-ара вместе с другими жёнами раздавала подходившим завёрнутые в листья лошака лепёшки, пряные ягоды костровика и вяленое мясо. Краем глаза она видела, что подходили и жрецы — оказывали последнюю честь умершему врагу. К мёртвому врагу нужно относиться даже с большими почестями, чем к живому отцу. Отказаться от последней трапезы… Грех большой. Хотя А-ара слышала, что тот же Ли-риан-си никогда не прощался со своими врагами. Об этом любили пошептаться, когда шаман нота-са появлялся в становище. Мол, этот… тьфу ты!.. даже в очищенную от смертных грехов душу плюнет.

Стоило подумать о шамане, и он появился перед девушкой. Та даже замерла в ужасе, малодушно решив, что он мысли её услышал и пришёл ответ спросить за оскорбление.

Его появление вызвало волнение среди собравшихся. Оборотни привычно расступались перед ним, опасаясь стать жертвой его голодной тени. Но тьма спокойно лежала на его плечах плащом и изредка колыхалась. Ли-риан-си замер перед пепелищем, смерил его взглядом.

— И давно ты оказываешь почести врагам?

А-ара вздрогнула и перевела взгляд на мужа, щурящего глаза в насмешливой улыбке.

— Достойному врагу можно и оказать, — отозвался Ли-риан-си, не глядя на шамана хуани-са.

Которого явно достойным не считал.

Развернувшись, он подошёл к побелевшей от страха А-аре и протянул руку. Та сперва обомлела, потом, опомнившись, торопливо подала ему угощение и случайно коснулась холодных пальцев. Тьма на плечах шамана вмиг взвилась, и девушка, полузадушено ахнув от страха, отшатнулась. Но Ли-риан-си взмахом руки остановил свою тень и собрался уже уходить, когда случилось это.

Дом Духов ожил.