Книга Печать безумных. Пророчество, страница 139 – Екатерина Гичко

— Некоторое время он не выйдет. Возвращаясь к нашему разговору. Лиркая вынуждена была уехать из-за меня. В то время я был на плохом счету. Я постарался объяснить всё Иеру… вашему отцу, но не уверен, что смог вызвать достаточное доверие. Доказательства предоставить мне не удалось.

Желваки заходили по лицу Риша. Он помолчал, а затем неохотно сказал:

— Отец пересказал мне вашу беседу. Чуть позже мы смогли найти ваш дневник. Но у меня нет к вам никакого доверия. Всё же вы скрылись, а это не говорит о чистоте ваших помыслов.

— Если бы я был один, то мог бы прийти, но со мной связан мой друг и, по страшному стечению обстоятельств, Лиркая. Я не мог не понимать, что вы не отпустите меня и постараетесь держать под присмотром. А мой друг и так провёл вместе со мной в заточении четыре века.

Срок заточения на краткий миг ошеломил Узээриша.

— Лиркая же и вовсе не имеет отношения к той трагедии, и было бы несправедливо заставлять её нести ответ вместе со мной. Увы, но мы теперь связаны и пока не нашли способ расстаться.

По лицу Риша мелькнула тень досады.

— Кроме того, — продолжил господин Наэш, — в то время наш друг Иррес был очень подавлен длительным заточением и вёл себя крайне безрассудно. Его могли посчитать безумным и опасным.

— А сейчас он само обаяние? — не удержался от сарказма Риш.

— Сейчас он в рассудке, — улыбнулся бывший хайрен, — и, несмотря на свой темперамент, довольно сдержан и благоразумен. Но в то время он… переживая из-за очередного заточения уже в теле Лиркаи, сводил её с ума. Так что наше трио выглядело крайне неблагонадёжно. Я могу уверить, что никого из нас не интересует власть и планы Иргада… Дешия. Вряд ли мои слова покажутся вам надёжными, но мы готовы доказать своим поведением, что не желаем зла правящей семье и… — лицо Лирки исказилось, и уже Иррес прорычал: — Срать мы хотели на вашу семейку! Если бы ты, дрань, не припахал Лирку к службе во дворце, мы б туда по доброй воле и не сунулись никогда. Ещё лапал её всю дорогу, извращуга! Теперь-то я тебе все лапы по локоть пооткусываю… Иррес!!!

Лирка застонала и прикрыла глаза.

— Ты делаешь хуже, — с укором протянул Руахаш.

— Пасть мне не затыкай, святоша! — оскалился на него Иррес.

Глаза жреца угрожающе посинели.

— Не забывайся, безумный, — с угрозой протянул некто устами Руахаша.

— Я уже не безумный!

— Боги… — поражённо протянул Риш, переводя взгляд с Лирки на Руахаша и наоборот.

Жрец посмотрел на него с растерянным и виноватым видом. Лирка наконец отвоевала контроль над телом и сидела теперь злая и встрёпанная.

— Мне сейчас больше любопытно, как ты с этим живёшь, — признался Риш.

— За одиннадцать лет привыкла, — пожала плечами магичка. — И мы все разумные, вполне можем договориться между собой. Больше проблем доставляло, что господин Наэш и Иррес оба мужчины.

Саврий заинтриговано подался вперёд. Узээриш же сперва заинтересованно приподнял брови, мол, вон оно как, а потом возмущённо распахнул глаза и всё же бухнул кувшин на стол. В глазах Лирки мелькнуло что-то лукавое и насмешливое, и Риш руку был готов дать на отсечение, что это тот самый Иррес.

В коридоре за дверью послышался шум голосов и топот. Не успел Узээриш возмутиться, как дверь распахнулась и в проёме показался запыхавшийся отец. Лирка уставилась на него с изумлением, а вот господин Руахаш с облегчением. И Ришу тут же стало ясно, куда, а точнее, к кому убежал его подчинённый.