Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 345 – Екатерина Гичко

Лицо его показалось Лирке смутно знакомым, но она не стала присматриваться. Страх за близких перевоплотился в злость, а в ярости она беспощадна ко всем. И сейчас бегущие хоёторцы вызывали в её душе всепоглощающее презрение. В другое время она бы, возможно, посочувствовала им и не осудила. Но не сейчас. Сейчас эти оборотни, бросившие свои дома на растерзание без боя, казались ей жалкими. Из-за попустительства и трусости таких, как они, Хоётором правят сумасшедшие. Да, они страшны и сильны. Но разве реальность, где им отдали всё, не страшнее?

— Надо бежать, — продолжал настаивать хоёторец.

— Бегите, — ответившая по-хоёторски Лирка мазнула по нему мрачным взглядом. — Не вы хозяева этой земли, так что бегите.

Озадаченный её словами хоёторец замер.

— Они всего лишь слабые жители, не нужно ждать от них многого, — Риш сжал на мгновение плечо Лирки и пошёл дальше.

Та понимала. Какая-то её части робко возражала, говорила, что сейчас она была неправа, требуя героизма от перепуганных мощью бессмертных. Но злость на этих никчёмных, которые тысячелетиями терпят над собой власть безумцев, не хотела утихать.

В тумане над их головами мелькнуло что-то огромное, и в дерево рядом с Ирресом вцепилась большущая рука.

— Пошли! Пошли прочь! — заревел над их головами дух.

Жители мгновенно замолчали. Плачущим младенцам закрыли рты. Набежавший ветер разнёс туман в разные стороны, и все увидели Трёхглазого Господина, на которого — о, безумная наглость! — нападали сразу четыре дракона. Он отмахивался от них выдранным деревом, как метёлкой, но юркие ящеры мгновенно слетались назад. Один из них когтями вцепился в длинные волосы духа и яростно замолотил крыльями, потянув того к земле. Второй плюнул огнём прямо в ухо Господину, и тот заорал так, что слуха едва не лишись все, кто был рядом. Третий кружил над его головой как живой нимб, и охрипший женский голос вещал:

— Они бросили тебя! Смотри! Никто из них не думает прийти тебе на помощь, когда ты в ней нуждаешься! Эгоисты! Они используют тебя!

И последний дракон, вцепившись зубами в запястье духа, висел на той его руке, которая была свободна от дерева.

Но в ней он сжимал что-то другое. Точнее, кого-то другого.

— Выпусти его, тварина! — орал всадник повисшего на руке духа дракона. — Отдай, чтоб Хрибный тебе яйца… — и далее последовало запутанное и очень велеречивое пожелание, позабавившее даже Ирреса.

— Брат! — рыдал пленённый Ссеверасс.

Может, физически атака была не так уж сильна, но ментально духа явно прижимали к самой земле. Его бедный и без того больной разум не смог выдержать такой натиск. Миг, и драконы растерянно закружили, пытаясь понять, куда подевался противник. Зразый первым рассмотрел уменьшившегося духа на земле, точнее, услышал слёзный призыв брата, и дракон с яростным клёкотом спикировал вниз.

Но не успел.

Перед духом появилось чёрное, сочащееся слизью отверстие, и он нырнул в него, утащив за собой вопящего Ссеверасса.

— Стой! — рявкнул Иррес, когда Риш дёрнулся к дыре. — Это ход в мир бессмертных. Это духи и боги могут спокойно ходить из своего мира к нам и возвращаться обратно. А мы… то есть вы обратно уже не вернё…

Договорить он не успел. Не слышавший предупреждения Зразый скатился с драконьей спины раньше, чем ящер приземлился, и тут же нырнул в дыру.