Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 343 – Екатерина Гичко

— ТЫ УДАРИЛ МЕНЯ В СПИНУ! — в Дом Духов вновь ударила лава, и даже Идоара метнулась прочь.

Рядом стоять остался только Страдающий Эр. Ошмётки жидкого огня с шипением гасли на его холодном теле, а невозмутимый жрец спрятался под волосами своего Господина.

— Я бился с тобой честно! — Херидан оскалился, и ветер вокруг него взметнулся с такой силой, что едва не сорвал с духа одежды. — И тому есть сотни свидетелей!

— ЛЖЕЦЫ! — вскипел Итраид, и огромный шар лавы перелетел через Дом Духов и рухнул в центр города. — ПУСТЬ СДОХНУТ ЗА СВОЮ ЛОЖЬ!

— ЭТИ ЖИЗНИ ТЕПЕРЬ МОИ! — Расххеридан рванул за здание, воздух пронзил тугой звук разорвавшейся струны, и Итраида наконец вышибло на всеобщее обозрение.

— Они всегда принадлежали мне! — страшно зашипел бывший главный Господин Рото-Ё. — Всегда! И я могу делать с ними всё, что хочу! Это моё право!!! Ты отобрал его у меня бесчестно, ты нарушил все заповеди честного завоевания ворот…

— Это их сейчас нарушил! — заорал Херидан. — Ты притащил сюда других Господ, хотя это должна была быть только наша битва! Ты — гнусный подлец и лжец! Я разорву тебя на пять частей и спрячу так, что ты никогда не сможешь собраться!

— Я НЕ ЛЖЕЦ! — широко распахнутые глаза Итраида налились чёрным и красным. Лицо задёргалось, задёргалось в припадке всё тело. Губы то складывались в злобный оскал, то разъярённо кривились. Потоки лавы стекали по его телу и расползались по искалеченному Лесу и городу, разнося с собой пожары. Дух совсем потерял себя и превращался в голую стихию, у которой нет и крупицы разума. Он хотел сказать что-то ещё, но слова забулькали в горле, и он выдохнул что-то нечленораздельное.

До-рани-хи напряжённо выпрямился.

Господин Итраид был самым безумным Господином Рото-Ё. Приступы безумия делали его агрессивным, он сжигал Лес на многие вёрсты вокруг. Ничто не могло его успокоить. Как дымящийся из-за внутреннего напряжения вулкан, он мог затихнуть, только исторгнув из себя реки лавы, выплеснув клокотавшее в нём безумие наружу.

Но ещё никогда До-рани-хи не приходилось видеть его в столь сильном припадке.

— Уйди с дороги, жрец! — потребовала Идоара. — Я знаю, что она внутри!

— Я не могу пустить тебя в Дом Господ Рото-Ё, — холодно ответил До-рани-хи. — Я всего лишь жрец и не смею отворять ворота тем, кто пришёл к нам с нечистыми намерениями.

— Ты смеешь обвинять меня⁈ — изумилась Госпожа наглости какого-то жреца.

— Вы воспользовались состоянием моего Господина и почти вынудили его принять участие в жертвоприношении… ребёнка.

Последнее До-рани-хи произнёс шёпотом. Страдающий Эр вздрогнул и заворчал, глухо, как набирающий силу камнепад.

— Ложь! — мгновенно отреклась Идоара. — Ты посмел обвинить меня в такой низости⁈

— Я видел это собственными глазами, — тяжело обронил До-рани-хи. — И своими руками… почти своими отправил на перерождение глупцов, которые последовали за вами.

— Это был Расххеридан, а не ты! — Идоара даже не осознавала, что выдала себя и свою ложь. — Уйди с моей дороги! Или думаешь, что выстоишь против всех нас?

— А с чего ты решила, что он будет драться один? — в воздухе разлился звонкий глумливый голосок карликового Господина.

— Ничтожество, — сквозь зубы процедила Идоара, быстро осматриваясь, — что ты можешь?

Карлик благоразумно не показывался, а его мерзкий, горохом рассыпающийся смех доносился со всех сторон.