Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 25 – Екатерина Гичко

Мальчик отпустил её и отстранился. Вода вокруг них ощутимо посветлела и полнилась сотнями крохотных светящихся рыбок и тех самых «шапочек» с щупами. Они ничего не боялись. Тыкались прямо в лицо Лирки, путались в её волосах и заплывали в широкие рукава мальчишки. А тот продолжал, не отрываясь, смотреть на Лирку, и было в его светлых, почти белых с розоватым отливом глазах какая-то безумнаярадость.

— Ирресашау такой подлец, — вода гулко отозвалась на шёпот. — Связал себя с тем, кого сотворил я.

Он когтем подцепил Лирку за подбородок, вынуждая её вскинуть голову.

— Какая сильная, красивая… роскошная…

Шани недовольно заворчала.

— И жестокая, — розоватые глаза сузились. — Этот взгляд… цвет, дарованный Родителями… И жесткость. О, я знаю этот взгляд! Ты моё творение и творение немилосердного мира. Иррешау подлец… Подлец…

Неясные подозрение появились в мыслях.

— Ты не его жрица… Нет! Ты ведь, — мальчик приблизился и перешёл на заговорщицкий шёпот, — ближе, чем может быть жрица, да? Ты… — в широко распахнутых глазах замерцало самое настоящее безумие, — … друг?

Лирка прищурилась. Неужели перед ней…

— Ты друг, — лицо мальчика плаксиво исказилось, и он отпрянул, вытирая глаза рукавом. — Бросил меня… Он… А я? Как же я? Я ведь… один?

Рыбки закружили вокруг них хороводом.

— Он отобрал у меня всё, — мальчик закрыл лицо рукавами и заплакал. — Он сделал меня одиноким и бросил. А сам… сам нашёл себе нового друга!

Он рыдал вполне искренне, но Лирка не могла почувствовать ни жалости, ни сочувствия. Она будто пребывала в страшном сне. Может, это и есть сон?

— И такой хитрый, — сквозь слёзы простонал мальчик, — выбрал тебя. Такую сильную, такую красивую… Такую, какими я создал твоих предков. Разве я могу навредить своему творению? Разве, — он неожиданно отнял ладони от заплаканного лица и приблизился к Лирке, пристально всматриваясь в неё, — … могу?

Он поднял руку и медленно провёл когтем по шраму на её лице.

— Меченая, — с каким-то затаённым наслаждением протянул он. — Слышала, что боги метят тех, кому готовят важную судьбу? Веришь в это? Ирресашау точно верит, иначе бы он с тобой не связался. Думаешь, он хороший, добрый и всегда будет с тобой? Он хитрый, лживый и ранит так больно, как никто больше не может.

На какой-то миг безумие исчезло из его глаз, оставив после себя только боль, и Лирка поражённо уставилась на лицо очаровательнейшего из детей. Но уже в следующее мгновение оно исказилось злобой и кривой улыбкой.

— Рассказывал, как я плохо поступил с ним? А рассказывал, как поступил он со мной? Знаешь, что он сотворил с правящей семьёй Великого Хоётора? Или как поступал с твоими предками? Показать?

Лирка отрицательно мотнула головой.

— Нет, ты посмотришь! — змеёй зашипел мальчишка, вытаращив глаза. — Посмотришь и будешь всё знать! Смотри же, смотри!

И речное дно с голубыми рыбками и искажённые в бешенстве лицо мальчика исчезли. Сменились мрачными дворцовыми сводами роскошного зала. Страшный вой заставил Лирку вздрогнуть, и она увидела распростёртую на полу фигуру в белом. Длинные распущенные волосы стекали вслед за своим хозяином, который сползал вниз по ступеням к растерзанному мужскому телу. А чуть в стороне лежала женщина… нет, девушка… даже скорее девочка. И кровь, много-много крови. Лирке казалось, что она чувствует её запах.