Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 240 – Екатерина Гичко

— Серьёзно? — удивился Иррес.

— Ты об этом должен знать больше меня!

— Я раньше с двинутыми, которые себе смертных детей заводят, не общался, — огрызнулся дух.

— И господин Исхедиар такой, мол, я его своим ребёнком признал, — продолжил уже Вирьяр, — надо отловить. А тот на территории Хоётора. Ну и господин за ним. Ух, ну и зрелище было! С него прям кожа слезала, и он как уголь стал.

— Раньше он таким всегда был, — скривился Иррес.

— И он обещал господину Шереху вернуться за ним завтра и перенести в это самое Рото-Ё, — сказал самое важное Вирьяр.

И глаза Лирки мгновенно вспыхнули. Глядя на её оживлённое лицо, раздосадованный Риш тут же понял, что пытаться отговорить её не стоит. Только время зря потеряет, ещё и поругаются. А в ещё более худшем случае проберётся следом тайно. И тут даже Иррес не станет её останавливаться. Там же Миана и Мхян.

— Поэтому ты сейчас соображаешь, как отозвать те силы, которые так щедро отдал АрСиду, — Риш недовольно посмотрел на Ирреса.

— Я⁈ — изумился тот.

— А что? — Риш в наигранном недоумении нахмурил брови. — Это господин Наэш сделал? — и уже жёстче: — Думай живее. Потому что без меня Лирка никуда не полетит. А я не могу никуда полететь, пока они, — он ткнул в мёртвых, — стоят.

Пока они препирались, Лирка подошла к господину Шереху. Тот отдавал распоряжения о пополнении запасов и о чём-то договаривался с мрачным хаварием Гедом. Чуть в стороне господин Фоший пытался уговорить Майяри вернуться домой или дождаться их здесь и, судя по несколько насмешливому выражению лица женщины, терпел сокрушительное поражение. Не посмотрев, кто именно встал рядом, господин Шерех слегка приобнял Лирку за плечи и притиснул к своему боку. Та оторопела, но вырваться не посмела. Только прислушалась к своим ощущениям. В душе шевельнулось что-то тёплое, на фоне льда потери показавшееся обжигающим. Посеревший мир стал несколько более чётким, даже появились кое-какие краски. Казалось, эта сухая рука вытянула Лирку с грани между жизнью и смертью назад в мир живых. Она ещё не отошла от того, что успела увидеть на другой стороне, и рывок назад омыл её живительным тёплым воздухом.

— О! — господин Шерех растерянно заморгал, когда наконец увидел, кого сцапал. Но разжимать пальцы не стал. — Так что, Гед, дашь десяток драконов?

— Консер, сами видите, какая у нас тут ситуация, — давать драконов хаварий не хотел. — Того гляди, опять на нас попрут.

— Да до того ли им будет, если мы по самому сердцу ударим? — продолжал увещевать консер.

— И какая им забота о сердце? Тут каждый о своей шкуре думает. Хайнес распорядится — дам.

Хаварий знал, что Сильнейший без острой надобности в дела подчинённых вмешиваться не будет. И рушить установленный порядок не станет. Помрачневший консер тоже об этом знал.

— Они теперь сюда и нос показать побоятся, — не отступал господин Шерех. — А если кто и рискнёт, большое войско уже не соберёт.

— Нет, консер, — хаварий с сожалением покачал головой. — Моя забота — охрана государства. А после боя у меня каждый боец, каждый дракон на счету.

— Так может договоримся? Я оставлю здесь парочку своих внуков. В-о-он тех, — и ткнул пальцем в господина Вахеша и его жену, госпожу Зияреллу, которые сидели у костра.

Взгляд хаварий тут же переменился, он остро посмотрел на женщину, почти спящую на плече мужа.