Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 103 – Екатерина Гичко

Помнѝ медведя. Ну давай. Пойди понюхай его такого вкусного, погладь и помни, чтобы эта старая шкура, подсматривающая из окна, знала, кому он принадлежит. Лирка недовольно зыркнула на соседку, и та мигом спряталась за занавеску. Воровато осмотревшись, Лирка увидела хвост Ирреса, торчащий из травы на другом конце маленького дворика, и малость осмелела.

— Наш наивный друг пока ничего не понял, — утешил её Риш. — Но в неведении долго не проходит. Стоит ему один раз вернуться к тебе, и все мысли станут явными.

— Я умею держать мысли при себе, — не согласилась Лирка. — Если вы не проболтаетесь…

— А почему я должен молчать? — ноздри Риша негодующе дрогнули. — Мы не совершили ничего плохого.

— Но и хвастаться этим не стоит, — прошипела Лирка, опасливо косясь на хвост Ирреса. — Что такого произошло? — щёки предательски погорячели. — Как будто что-то значимое. Мы были расстроены и… — она старательно вспоминала оправдания Ёриха после его очередного загула. — И как будто у вас было мало подобных ночей? Ну сорвались. Не первый же раз, — Лирка быстро посмотрела на мужчину и тут же отвела глаза.

Боги, да всё его тело сплошная улика! Это ж зачем… почему… За что она его так⁈ И как Иррес ещё не приметил эти тёмные, на сажу похожие пятна?

— Подожди, — Риш прищурился в нехорошем предчувствии, — предлагаешь не воспринимать это серьёзно?

— Да, — облегчённо выдохнула Лирка, но посмотреть в ответ не решилась.

— С ума сошла⁈ — рассердился хайнес.

— С чего бы! — огрызнулась в ответ магичка. — У вас же с другими женщинами так было? Почему у нас так не может быть?

— Ты мне сейчас ещё про карму заверни! — в сердцах выдал Риш.

— Про что? — растерялась Лирка.

— Чего вы опять начали? — башка Ирреса с чутко вздёрнутыми ушами вынырнула из травы. — Хватит на неё наседать.

— Ты бы сам голос поумерил, тыквенная башка, за калиткой только тебя и слышно, — из-за угла дома неторопливо вышла бабка Ехи. — Опять что-то не поделили? И как жить вместе собрались, если вы, Сильнейший, и ты, — она взглянула на Ирреса, — ссоритесь постоянно.

— Я тут причём? — обиделся Иррес. — Это они с Лиркой поругались. Я вообще пошёл на такие уступки, дал им волю болтать наедине сколько надо, а они пособачились.

Широкие ноздри бабки раздулись, и она цепко посмотрела на Лирку. Та побелела и испуганно затрепетала ресницами. Суровый бабкин взгляд переместился на недовольного хайнеса, и старуха задумчиво пожевала сморщенными губами.

— Иди, девка, на стол собери. Я вам потрапезничать принесла. И тебе хвостатый кое-что приволокла.

Лирка бросила на бабушку быстрый благодарный взгляд и поторопилась смыться.

— Крепись, хвыба, — хмыкнул Иррес, сообразив, что Сильнейшего ждёт серьёзный разговор.

Речь бабка сразу не завела. Молча поманила Риша за собой на дальний край двора. Опёрлась локтями на забор и уставилась на кромку леса.

— Что, поторопился, Сильнейший? — наконец спросила она.

— Меня соблазнили, — брать всю вину на себя после заявления Лирки Риш не хотел.

— А, — понимающе выдохнула бабка. — Но приветить всё равно отказывается? Ну чего зубами скрипишь? Девка молодая, в самом соку. Ну потребно её телу было. Хорошо, что тобой попользовалась, а не кем-то другим.

— Да пусть пользуется! — сердито выдохнул Риш. — Бегать от меня чего теперь?