Книга Салейские хроники, страница 50 – Екатерина Гичко

Иерхарид, откровенно говоря, даже не успел осознать, что горит. На волосы спину что-то брызнуло, уши и шею обожгло горячим, затем сзади раздался отчаянный крик и на него навалилось нечто относительно тяжелое. А уж в следующий миг Риш выплеснул ему в лицо воду из вазы вместе с цветами.

Лийришу от немедленного убиения наследником престола спас только вовремя явившийся Врей. И охрана. Ругающуюся, рыдающую и мягко увещевающую троицу сопроводили до лекарского крыла, где сдали на руки изумлённо ругнувшемуся Винешу.

Тот первым делом накапал Ришу успокоительного и подступил к наиболее пострадавшей девчонке. Та рыдала и умоляла спасти хайнеса, а поражённо осматривающий себя в зеркало повелитель отмахивался от такой чести. Лийрише лекарь явно был нужнее. Огонь не успел пробиться через плотную копну волос и одежду к коже, и у Иерхарида лишь слегка покраснели уши и самую малость сзади пекло шею. А вот у бросившейся его спасать девчонки на ладонях мгновенно вздулись и лопнули волдыри, а на подбородке и шее пятнами краснели ожоги. Платье на груди почернело, но, слава богам, огонь пробиться не успел.

— Красавец! — пророкотал Винеш, осматривая густо умащённые мазью уши друга.

Тот с тоской поглядывал в зеркало.

— Я могу выстричь здесь, здесь, а вот здесь оставить, — предложил Врей, приподнимая мокрые волосы.

Огонь не сильно повредил белоснежную гриву, но местами, где были пятна масла, выгрыз дыры-прорехи. И при попытке сохранить длину причёска рисковала стать слишком небрежной для венценосной особы.

— Режь, чтоб было ровно, — вздохнул Иер.

— Тут вершка два останется, — предупредил помощник.

— Режь.

Увидев, как Врей берётся за ножницы, Узээриш страдальчески застонал.

— Иди сюда, идиотка! Я убью тебя! — зарычал он, но сам подойди к девчонке даже не попытался.

Лийриша, рыдая, покорно поднялась и зашагала к нему убиваться.

— Села! — рявкнул лекарь, и девчонка плюхнулась прямо на пол, где и заревела горше прежнего.

— Ну-ну-ну, — Винешу стало её жалко, и он, подхватив её под мышки, поднял и посадил в кресло. — Накапать тебе яду?

— Да! — надрывно выдохнула девчонка. — Я не хотела… я правда не хотела… накажите меня…

Она почему-то посмотрела на Риша, но тот, выхлебав почти полфлакона успокаивающего отвара, уже чувствовал сонную слабость и лишь желчно прошипел:

— Наказать? Чтобы ты себя лучше почувствовала? Нет уж! Мучайся!

— Риш, она же не хотела, — укорил его Иер.

— Она едва тебя не сожгла!

— Я виновата… — согласно вторила сыну девушка.

— Давай вот, выпей, — Винеш подсунул девчонке того же «яду», что и Узээришу ранее.

Выхлебав остатки зелья, девушка малость успокоилась и теперь лишь всхлипывала, икала и размазывала рукавом слёзы и сопли.

Узээриш, одолеваемый сонным дурманом и страдающий от вида укорачивающейся отцовой шевелюры, вышел в соседнюю комнату, где и уснул. Лийрише бы тоже уже полагалось клевать носом, но чувство вины было слишком уж бодрящим. И к моменту, когда Врей закончил и Иерхарид обозрел в зеркало строгую короткую причёску, она всё ещё всхлипывала и жаждала быть наказанной.

Иерхарид взглядом попросил Винеша и Врея выйти. Дождавшись, когда за ними закроется дверь, он с ласковой улыбкой обратился к девушке:

— Не надо так плакать. Госпожа Риша, вы же сами больше всех и пострадали. Считайте, что вы уже наказаны.