Онлайн книга «И.Н. РО.: Кодекс некроманта»
|
«Нет», — сказал он. Голос безжизненно упал к его ногам, в бездну. «Я не боюсь». А они смеялись. Смех был хриплым, как скрежет металла, проникал в уши, как иглы. Они смеялись как те, другие, давно. «Ты, в очках… зачем ты красишь волосы? Боишься, что мы твои метки разгадаем?». «Ты вообще видишь этими щёлочками? Сними очки — может, глаза станут нормальными?» «Чёрные волосы красишь? Или они от грязи такие? Давайте отмоем эту свинью!» — Не смотри на нас, — шептал голос рядом. — Ты не имеешь права смотреть! Полукровка! Даже твой отец от тебя отказался! Леон сжал зубы. Он помнил. Помнил до сих, как стоял у стены, а они кружили рядом, как стая бродячих псов. Помнил. Слишком много помнил. А они наступали. Ближе, ближе, и он чувствовал, что теряет контроль над собой, что его мысли начинают распадаться на части, как дым. Как давно мертвое тело. Тени смыкались, и он чувствовал, что его тело холодеет. А потом серая дымка разорвалась. Рыжая лапа. Маленькая, пушистая, но такая реальная, что это было неправильно. Лапа прорвалась сквозь ткань Завесы, как будто стена из серого света была всего лишь занавеской. Когти сверкнули в полумраке — и одна из теней отшатнулся, издав звук, похожий на свист. Лапа царапнула тень, и тень разлетелась на части, как дым, который не разметал порыв ветра. Тени отступали. Они завороженно смотрели на лапу, которая висела в воздухе, как будто эта рыжая лапа была чем-то страшным. Впрочем, разве было не так? — Пиксель? — выдохнул Леон. Лапа замерла на мгновение и потом скрылась обратно в дымку, оставив за собой только след — легкое мерцание, которое исчезало на глазах. Тени исчезли. Леон опять стоял в пустоте, чувствуя, как ощущения постепенно возвращаются возвращаются к нему, а страх отступает. Он слышал своё дыхание — быстрое, прерывистое. «Спасибо, — сказал он в пустоту. — Спасибо, Пиксель». Тишина. Единственный ответ, который он получил. И если бы это был конец! В Завесе нет конца, и нет исхода. И тени вернутся. И он должен идти. Как бы ни боялся. Как бы ни устал. Он сжал трость и сделал шаг в пустоту. Дальше. Впереди был только серый свет, холод и знание: следующая встреча будет ещё страшнее. Глава 17 Он шёл долго. Или не долго. Время в Завесе было странным. Оно текло и выгибалось, как призма. И было текучим, как вода в горном ручье, и Леон не мог понять, прошло ли несколько минут или несколько дней. Он только чувствовал, как его тело тяжелеет, как холод проникает в его кости, оставляя в них пустоту. И тогда он увидел знакомый силуэт. Отец. Он стоял на границе — там, где серый туман становился плотнее, почти осязаемым, как старая ткань. Он был старше, чем в жизни. Гораздо старше. Его лицо было серым, как всё вокруг, и его глаза смотрели в пустоту, не видя ни Леона, ни Завесы. «Отец», — сказал Леон. Тишина. Полная, поглощающая звуки тишина. Он подошёл ближе и увидел, что отец… — он был частью этого места. Серые нити прорастали сквозь его тело, как корни, как паутина, и он не мог двинуться с места. Он был прикован к Завесе, и она росла сквозь него, как плесень, пробиралась сквозь, расцветала, жрала… «Ты пришёл», — сказал отец. Голос его был глухим, как эхо в пустом колодце. «Я знал, что ты придёшь», — проговорил знакомый голос где-то сбоку. |