Книга Замок дракона. Дилогия, страница 214 – Ольга Шерстобитова

Представители всех народов слушали внимательно, но я не сводила глаз с Ривлада. Меня волновал только он. Видела, как упали волосы на плечи, когда дракон чуть наклонился, сверкнули камни на обруче власти в огнях свечей, становясь темными. А глаза… в них было столько боли, тоски и… нежности.

Когда разговор прервался, туман растворился, никто не вымолвил ни слова. Ривлад встал, и все взгляды устремились в его сторону.

— Возвращаю Мавии независимость. Ее единственный законный правитель и наследник трона – принцесса Эвелина Мавийская. Клянусь силой дракона помогать и защищать ее королевство всеми возможными и доступными мне способами, но не претендовать на большее, если Эвелина того не пожелает. Обещаю быть регентом, пока Эвелина не вернется, и сделать все, что в моих силах, для процветания Мавии. Даю слово вожака, что не допущу, чтобы кто-то посмел это изменить. Все земли, принадлежащие некроманту, а теперь отданные Аратонии, отойдут Мавии в качестве моего личного извинения за поспешно принятое и необдуманное решение, которым я нанес оскорбление принцессе Эвелине Мавийской, а также ее народу. Клянусь светом моей души, что не хотел таким образом обидеть, оскорбить, унизить, заставить повиноваться мне или подчиняться, отобрать или завладеть королевством Мавией, – закончил дракон, заставив меня вздрогнуть и сделать глубокий вдох, потому что казалось, до этого я просто не могла дышать.

Совет четырех народов загомонил, Ривлад устало сел, уставился в одну точку.

— Я прошу вас оставить меня одного, – попросил дракон хриплым голосом.

Все мгновенно исчезли. В зале, где проводилось собрание, остались только друзья.

— По крайней мере, мы знаем, что она вернется, – тихо сказал Гилл.

— Согласен! – добавил Датерей, не сводя глаз с Ривлада, сжимавшего виски руками.

— Рив, – позвал Сеня, – не переживай ты так! Все хорошо будет.

Дракон опустил голову.

— Ривлад, возьми себя в руки! Теперь даже надежда стала осязаемой, – заметил Лель.

— Позови ко мне завтра Витария, – глухо сказал дракон.

— Зачем? – удивился Датерей.

— Передам ему право власти через два года, если Эвелина не захочет вернуться.

Вместе со мной запаниковали все, потому что дракон передает право власти только в одном случае – когда готов к смерти.

Как же хотелось подойти к нему, обнять, сказать, что я рядом, люблю…

— Рив! – рявкнул Лель.

— Два года, – равнодушно отозвался Ривлад. – Ровно на столько меня хватит. Да и зачем оставаться, когда Эва за гранью?

— Ты так легко сдашься? А если она не сможет появиться раньше? А если вернется на следующий день и увидит тебя мертвым? Что я ей скажу? – не выдержал уже и Датерей.

— Ты хоть понимаешь, что Эве придется умереть? – добил Сеня.

Ривлад сник, со стоном положил голову на стол, сжимая виски побелевшими пальцами. Замер, сжался так, словно испытывал сильную боль. Никогда его таким не видела. Никогда. И от этого пришла в ужас.

— Ривлад, ты должен верить, что Эва вернется, – дрожащим голосом сказал Гилл, заставив меня паниковать.

— Я верю. Вы же знаете, что верю. Это единственное, что осталось. Верить и ждать. Прошу, не дайте мне натворить глупостей. Пожалуйста. Я не хочу ее потерять, приняв какое-то неверное решение! – выпалил он, вставая.

— Тогда слушай нас и держись. Ты сильнее, чем думаешь, – сказал Датерей.