Книга Русалочья заводь, страница 43 – Ольга Шерстобитова

А меня — твоя паника, — улыбнулась я.

Спускайся. Я соскучился.

Уже?

Уже.

Иду.

Я открыла дверь и стала спускаться по лестнице. Все-таки так здорово, когда у тебя есть собственный дом.

Агрий и Алона наполовину были в воде, причем королева о чем-то разговаривала с водяным, Сирин и Силадерь кормили друг друга клубникой, Даринель и Аран ели салат из помидор и сыра, а Лир смотрел, как леший жарит грибы на костре.

И как мне с ними поздороваться?

Аран оглянулся случайно первым и увидел меня, я помахала ему рукой, улыбаясь. Эльф среагировал странно. Его сапфировые глаза стали круглыми, Даринель дернула его за руку, но ее взгляд тоже упал на меня, и глаза стали такими же, как у Арана. Глин стал глотать воздух ртом, как рыба, теребя плавник. Тут меня заметил и мой дядя, который тоже уставился на меня, нервно сглотнул. Алона покраснела и хихикнула, водяной упал в воду от неожиданности, а когда вынырнул, в моей голове пронеслось сдавленно неприличное ругательство Лира.

Я растерянно посмотрела на мою замершую семью, пока Лир неожиданно не стал шептать какое-то сложное заклинание, после которого все отмерли, переглянулись друг с другом, а потом нервно засмеялись. Пока смех не перешел в хохот, я терпела, а потом, не выдержала, сосредоточилась и вызвала ледяной ливень.

— Ари, — Лир фыркнул и шикнул на меня, отряхивая воду с волос.

Остальные притихли, но ничего не сказали.

Кто-нибудь собирается объяснить мне, что это было?

Огненные синие буквы повисли в воздухе.

— Ничего, просто от неожиданности, — ответил Лир, направляя горячий поток воздуха на рукав своей серой рубашки.

Посмотрела на остальных, смущенно теребивших то, что попалось под руки.

Ничего, значит.

Лир сделал вид, что не услышал.

Злость пересилила. И вместо дождя пошел снег. Белыми такими хлопьями. Красиво…

— Ну, что родственничек, не скажешь ей? В следующий раз она еще что-нибудь сотворит, и не столь безобидное, — съехидничал Глин, скатывая снежок, и кидая его в сторону Лира.

Лир…

— О, Боги! За что мне это наказание! — сказал темный маг, театрально закидывая голову и нервно теребя волосы на виске.

Нет, все. Я ему сейчас…

— Твое обаяние усилилось, — быстро сказал Аран, смотря на меня своими смеющимися глазами.

— А твой жених забыл защиту на тебя утром поставить, — добавил дядя, тоже улыбаясь. — Вот мы тебя во всей твоей русалочьей красе и увидели.

Все снова покатились со смеху, не удержавшись.

Какую защиту? Почему усилилось? И что надо мной все смеются-то?

— Не над тобой, Ари. Надо мной, — сказал Лир так тихо, что его услышала только я.

И почему?

— Я так увлекся сегодня ночью, что совсем забыл, что надо поставить на тебя защиту.

Зачем?

— Ты реакцию твоей семьи видела? — спросил Лир спокойно, касаясь моей щеки. — Обаяние усилилось вчера утром, но я ставил защиту на тебя, прежде чем ты оказалась в море. На всякий случай. Если бы в воду кто-то заплыл случайно, то мне пришлось бы его оттаскивать от тебя.

Я пожала плечами.

— Ты такая красивая, Ари. Ты безумно красивая. И красота твоя расцвела после этих двух ночей еще больше, вот все это и увидели, поэтому такая реакция, — добавил Лир мягко, целуя мое запястье.

Я смутилась от этой чересчур интимной, на мой взгляд, ласки.

— Кстати, для меня ты, всегда, выглядишь такой, какая есть. Для других просто обаяние уменьшается, — сказал Лир мне на ухо, когда я садилась на берегу рядом с Даринель.