Книга Академия волков. Темная кровь, страница 102 – Ульяна Соболева

Я запустила пальцы в его волосы, дёрнула, заставляя оторваться. Он рычал от потери контакта, но я впилась зубами в его нижнюю губу в ответ. Моя очередь пробовать на вкус. Его кровь была горькой, дикой, абсолютно его. Через связь я чувствовала его реакцию — шок, переходящий в что-то тёмное и голодное.

— Боги, — выдохнул он, когда я отпустила. — Ты будешь моей смертью.

— Или ты моей. — Усмехнулась. — Посмотрим, кто кого разрушит первым.

Его смех был тёмным, полным обещаний. — Вызов принят, кексик.

Он сорвал плащ с моих плеч, ткань упала на камень. Руки скользнули под тонкую ночную рубашку, горячие ладони на холодной коже заставили вздрогнуть. Прикосновения были требовательными, нетерпеливыми, как будто он хотел запомнить каждую линию, каждый изгиб.

Я тянула его рубашку вверх, царапая ногтями кожу. Он зашипел от боли-удовольствия, помог, сорвав ткань через голову. Лунный свет падал на его торс, превращая шрамы в серебристые линии. Я провела пальцами по месту, где была рана от Короля мёртвых. Зажившая. Моя кровь сделала это.

— Моя отметина, — прошептала я. — Моя жизнь в твоих венах.

— Навсегда. — Он поймал мою руку, прижал к губам, целовал каждый палец. — Ты во мне. Часть меня. Навсегда.

Потом его рот переместился на шею, зубы скользили по коже, не прокалывая, просто обещая. Я запрокинула голову, давая больше доступа, и он воспользовался — целовал, кусал, метил меня как свою. Ощущение клыков на пульсе было опьяняющим, опасным. Один укус, и он мог пить. Но он держался, контролируя голод с железной волей.

Мои руки исследовали его спину, чувствуя мышцы, напрягающиеся под пальцами. Царапала ногтями вниз, оставляя красные линии. Он застонал в мою кожу, бёдра инстинктивно толкнулись вперёд. Я чувствовала его желание через слои ткани, твёрдое, неоспоримое.

— АлАя, — голос был предупреждением. — Если хочешь остановиться... скажи сейчас. Потому что через секунду я не смогу.

— Не останавливайся. — Обхватила его бёдрами за талию. — Никогда не останавливайся.

Рычание было чистым удовлетворением. Он оторвался от стены, неся меня через башню к углу, где лежали старые гобелены, забытые и пыльные. Опустил меня на них, накрыл своим телом. Вес был восхитительным, прижимающим, якорящим в реальности.

Ночная рубашка исчезла, порванная нетерпеливыми руками. Холодный воздух ударил по обнажённой коже, и я вздрогнула, но его тепло согрело мгновенно. Рот переместился ниже, целуя каждый сантиметр, как будто поклоняясь. Но в поклонении была жадность, собственничество. Это не была нежность Кайра. Это было владение.

Руки скользнули по моему телу, изучая, запоминая, требуя. Когда пальцы достигли самого чувствительного места, я выгнулась с криком. Через связь ударила волна его удовлетворения — он чувствовал мою реакцию, знал точно, что делать.

— Рэйвен, пожалуйста...

— Пожалуйста что? — голос был полон тёмного юмора. — Скажи мне. Чего хочешь.

— Тебя. Всего тебя.

— Будь осторожна с желаниями, кексик. — Он поднялся над мной, избавляясь от остатков одежды. — Можешь получить больше, чем способна выдержать.

— Попробуем.

* * *

Когда он вошёл в меня, это было совсем не так, как с Кайром. Не было осторожности, не было нежности. Рэйвен взял меня одним жёстким толчком, заполняя полностью, растягивая, заставляя тело вспомнить его форму. Я вскрикнула от интенсивности, и он замер на секунду, лоб прижат к моему, дыхание рваное.