Книга Слезы Березы. Дневник Богдана Лебедева, страница 33 – Алина Есенина

Минуты тянулись бесконечно, как вечность, измеряемая не секундами, а нарастающим чувством обреченности. И вот, наконец, сквозь непроницаемый мрак просочился тусклый свет. Сначала едва заметная, еле уловимая искра, затем – всё ярче, всё сильнее. Свет, который постепенно рассеивал тяжелый туман, вырывая меня из кошмарного оцепенения.

Я находился в гостиной. Своей гостиной. Знакомые очертания мебели, привычная обстановка. Облегчение, было столь сильное, что мне с трудом удалось сдержать рыдание. Я присел, подгибая под себя колени, чувствуя вялость и дрожь в мышцах, как после долгой болезни.

В этот момент в комнату вошли Дарина и Ярослав, между собой занятые каким-то спором, словно ничего не произошло. Их голоса, доселе приглушенные и невнятные, теперь звучали четко, ясно и слишком быстро. Я увидел их лица, озаренные мягким светом настольной лампы, и на миг подумал, что вся предыдущая агония была лишь кошмарным сном.

Но, Дарина, заметив меня, тут же прекратила спорить. Ее лицо сменилось тревогой и не свойственной для девушки заботой. Она подбежала, падая на колени рядом, и бросилась на меня, заключая в объятия.

Я замер. Страх, на этот раз ещё более сильный, буквально пронзил меня. В ее внезапной близости я снова увидел эхо своего кошмара…

За последние несколько дней, каждый час, Дарина приносила мне разные зашифрованные свитки, содержащие пугающие пророчества, рассказы о неизбежной гибели и таинственных силах, добытые в доме моей бабушки. И вот сейчас, опасаясь, что очередной такой свиток, прячется где-то у нее в руках, я мягко, но решительно отодвинул брюнетку от себя.

Я направил в сторону Ярослава взгляд, молящий о помощи и защите. Кто-то же должен был остановить это безумие…

— Ты справился… пока что, – изрекла Дарина, наконец отодвинувшись от непростительно близкого ко мне расстояния. – Чувствуешь что ни будь непривычное? А Германа видел?

Три дня назад.

Когда я пришел в себя после того, как Дарина случайно коснулась меня в коридоре – зачарованным свитком, прошло несколько дней. Ощущение было такое, словно меня вытащили из глубокого, липкого сна, наполненного ужасом. Первое, что я сделал когда полностью пришел в себя – поделился этим кошмаром с друзьями. Я описал его до мельчайших подробностей: темную, бездонную пустоту, фигуру неподвижного, могущественного мага, окутанного тьмой, его ледяной, пронизывающий взгляд, и мою собственную беспомощность: агонию и безнадежное существование в этом кошмарном вихре.

Закончив рассказ, я с тревогой наблюдал за реакцией Дарины. Ее лицо было серьезным, и практически трагичным. Тяжелая и напряженная, минута молчания, повисла в воздухе, прежде чем брюнетка произнесла свой вердикт, вызвавший у меня шок:

— Без сомнений, ты видел своего отца. Мага черной силы, – "Темного лорда" – его так называют во многих колдовских кланах.

Мои брови буквально взлетели на лоб.

— Чего? Какой еще темный маг? – вырвалось у меня. Я почувствовал, как кровь бурлит в жилах, как напрягаются мышцы. Вены на руках неприятно запульсировали, словно угрожая лопнуть. Реальность расплывалась, и меня захлестнула волна недоверия и ярости. – Сначала ты говоришь, что моя бабушка – потомственная колдунья, затем переключаешься на мою мать, утверждая, что она умеет читать заговоры, а теперь еще и обвиняешь отца, которого я в жизни никогда не видел! Дарина… что все это значит?