Книга Ягиня и Кощей. На страже тридевятого царства, страница 35 – Ирина Романова

Я поманила их за собой, но при виде Горыныча все остановились. Он встречал процессию с широкой улыбкой, которая, казалось, растянулась на все двести зубов! Хвост Змея вилял из стороны в сторону, а крылья подрагивали от нетерпения.

— Это мой воспитанник, Змей Горыныч. Он еще малыш! Поздоровайся с воинами! – строго посмотрела на него, надеясь, что звереныш послушается.

— Здра-ас-с-сте! – сказал он шепеляво, но с такой искренней радостью, что я не сдержала улыбки.

— Все, иди, – махнула на него рукой, сдвигая с дорожки. – И не мешай нам, пожалуйста.

— Малыш? – уточнил воевода, приподняв бровь. Его голос звучал недоверчиво, но в нем слышалось любопытство.

— Ну, по нашему ему лет пять, – кивнула я как можно убедительнее. – Он еще совсем неопытный, но очень умный.

Проводив воинов за дом, я наблюдала, как они дружно взваливают чудовище на плечи. Горыныч, последовавший за нами, несмотря на приказ, был в полном восторге. Его глаза горели от предвкушения и азарта, а крылья едва не задевали землю. Воины, хоть и выглядели слегка растерянными, справились с задачей легко. Когда они понесли монстра на заставу, я с облегчением выдохнула.

Однако я понимала, что это лишь временное затишье. Чудища еще будут попадать в наш мир, и каждый раз мне придется решать, что с ними делать. Но теперь у меня появились помощники, а значит, мы не могли не справиться!

Я стояла на мостках, наблюдая, как воины растворяются в темноте. Сердце выскакивало из груди от волнения, рвалось от неизвестности. Вдруг за спиной раздался звук приближающейся телеги. Я резко обернулась, и мои глаза расширились от удивления. В телеге сидела Прасковья, с которой я вроде бы попрощалась навсегда…

— Ты почему вернулась? – выдохнула я, не веря, что вижу ее.

— Матушка ваша сказала, что негоже вас одну оставлять! А со мной и ваше приданое приехало! – Зайчиха указала на мешки и свертки, на которых сидела.

Я не сдержала улыбки. Это приданое – знак того, что обо мне позаботились, что меня не бросили в чужом, пугающем мире.

— Как она? – спросила я, и в горле тут же пересохло от волнения.

Прасковья на мгновение нахмурилась, но потом улыбнулась.

— Отходит от родов. Поздравляю, у вас брат! Все передают вам низкий поклон и дары! – Она радостно замахала лапками, как будто хотела обнять весь мир.

На глаза навернулись слезы. Брат… У меня родился брат! Это значило так много. Я сжала руки, пытаясь сдержать эмоции.

Воины, которые все это время оставались за пределами моего поля зрения, подошли ближе и стали перетаскивать мешки на крыльцо. Они делали это с такой легкостью и заботой, что на душе потеплело. Напоследок солдаты добавили еще несколько мешков с провизией от себя. Я была безмерно благодарна им за помощь.

Когда мы наконец-то остались одни, пришлось переносить все в избу. Я с досадой подумала, что у нас нет кладовой… Но изба меня удивила! Одна из стен вдруг подернулась дымкой, и в ней появилась дверь. Я замерла, не веря глазам, и с трепетом потянула за деревянную ручку-скобу. Дверь бесшумно отворилась, и я заглянула внутрь. Это было именно то, о чем я мечтала! Бочки и кадки для муки и круп, ящики для овощей, полки, уставленные банками и горшочками…

Я начала с предвкушением разбирать дары. Сердце забилось быстрее, когда я нашла постельное белье, свою любимую перину, мягкие подушки и аккуратно сложенную одежду. Здесь было абсолютно все – родители заботливо подготовили для меня этот уголок уюта. Я не могла поверить, что все это теперь мое!