Книга Развод. Неистинная жена генерала-дракона, страница 24 – Ангелина Сантос

— Ты уедешь на рассвете, — сказал он. — Я сам провожу тебя до заставы.

Я рассмеялась коротко и безрадостно.

— Какая честь.

— Нэйра.

— А Вианора поедет махать мне платком?

Это было жестоко. Ненужно. Но удержать язык я уже не смогла.

Тишина за спиной стала острее.

— Не говори о ней сейчас.

— Почему? Тебе неприятно?

— Потому что сейчас речь не о ней.

— Нет, Кайран. Сейчас как раз речь о ней тоже. Потому что если бы не она, ты не осмелился бы сделать всё это в один день. Ты не раздавил бы меня при дворе, не дал бы дому перестроиться под новую женщину и не сунул бы мне под нос приказ на выдворение.

Когда я повернулась, он смотрел на меня так, словно хотел шагнуть вперёд и не имел права.

— Ты ошибаешься.

— В чём? В том, что она уже меряет мои комнаты? В том, что в дом принесли её ткани? В том, что ты сам стоял рядом с ней, пока меня превращали в ошибку?

Он не ответил.

Я усмехнулась.

— Вот именно.

И тут из гардеробной всё-таки вышла Мира.

Маленькая, бледная, но упрямая. Она встала рядом со мной, чуть позади, как и положено камеристке, однако я слишком хорошо знала это её упрямое лицо. Ей было страшно. И всё равно она вышла.

— Простите, милорд, — сказала она тихо, — но госпожа не поедет одна.

Кайран перевёл на неё взгляд.

Не ледяной. Просто очень тяжёлый.

— Я не обсуждаю это со слугами.

— Тогда обсуждайте со мной, — сказала я. — Мира едет со мной или я не сдвинусь с места.

— Она поедет.

Я моргнула.

Слишком быстро согласился.

Либо и сам это уже решил, либо действительно не хочет тратить время на мелочи, пока рушится что-то куда серьёзнее.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда ещё одно условие.

— У тебя нет условий.

— Ошибаешься. Они появились в тот момент, когда ты понял, что я могу отказать. Я беру свои вещи сама. Никто не войдёт в мои комнаты без моего разрешения. И никто не коснётся моих личных ларцов.

Он посмотрел на меня так внимательно, что у меня внутри нехорошо екнуло.

Слишком близко к браслету.

Слишком.

Но лицо моё, кажется, ничего не выдало. Я надеялась.

— Хорошо, — сказал он.

Вот этого я не ожидала.

— Так просто?

— Так просто.

Он повернулся к двери.

— У тебя час.

— На что?

— Потом коридор закроют. До утра.

Я сжала пальцы.

— Конечно. Чтобы я не сбежала из собственной жизни раньше времени.

Он остановился, не оборачиваясь.

— Чтобы до тебя не добрались раньше, чем я успею.

И вышел.

На этот раз за дверью остались не только его шаги, но и двое стражей. Я слышала, как они встали по обе стороны. Почти беззвучно. Почти вежливо. Почти тюрьма.

Мира обхватила себя руками.

— Госпожа…

— Не надо.

— Он сказал правду про мазь?

Я подошла к столу, взяла приказ, ещё раз посмотрела на императорскую печать, потом смяла лист так, что воск треснул.

— Да.

— Тогда мы действительно должны уехать?

— Нет.

Она уставилась на меня.

— Что?

Я резко подошла к шкафу, открыла нижнее отделение и достала ларец. Сердце билось быстро, но мысли вдруг стали удивительно ясными. Не спокойными — ясными.

— Если я уеду на рассвете, — сказала я, — всё, что сегодня началось, останется здесь без меня. Мне оставят красивую легенду про безопасность, а потом решат, что я никогда и не смогу вернуться вовремя.

— Но вы же сами слышали…

— Слышала. И потому мы должны сделать кое-что до отъезда.

Я подняла крышку.