Книга Случайные. Женщина, как и беда, не приходит одна, страница 32 – Лина Мак

— Ты настоящий демон, — шепчу я.

— И советую тебе это не забывать, Сола, — скалится Демид, а в его глазах мелькает торжество. — Но я хочу, чтобы ты знала: даже демоны умеют любить.

Дыхание останавливается. Я не могу сделать вдох. И Демид такой же. Я вижу, как он смотрит на меня и как сам дышит через раз.

— Ты же вроде не под наркозом, — пытаюсь перевести всё в шутку, но голос не слушается.

Из‑за того, что мы стоим плотно прижатые друг к другу, нет ни малейшей возможности сказать, что нам всё кажется.

— Мы не в том возрасте, Сола, чтобы придумывать себе сказку о принцах и принцессах, — отвечает Демид. — Я не научился красиво говорить. Но и совершать глупые поступки не собираюсь. Всё, что ты себе придумала в голове, спрячь в самый тёмный чулан. Мы потом, лет так через тридцать, сидя в старом саду, достанем твои страхи и поболтаем с ними за кружкой чая.

— Да ты романтик, демон, — нервно прыскаю я, но Демид остаётся предельно серьёзным.

— Но я не согласна жить с тобой столько лет.

— Ты уже согласилась, милая, — хмыкает он. — Просто ещё не поняла этого.

— Посмотрим, — огрызаюсь на автомате.

Но вместо ответа Демид делает то, чего я так давно хотела. Он целует меня, сразу же с напором и расстановкой. Кусает, покоряет, всасывает каждую губу по отдельности. Его язык уже заставляет покориться мой. Я чувствую, как его член упирается мне в живот и пульсирует. От этих действий тело наливается электричеством. Я хочу его. Хочу того Демида, которого помню. Но что‑то мне подсказывает, что будет всё по‑новому.

Он отрывается от моих губ, вырывая у меня стон разочарования. И снова его губы растягиваются в довольном оскале.

— Ты сама пришла ко мне, Сола, — шепчет он и проводит большим пальцем по нижней губе, слегка оттягивая её. — Сама показала мне то, чего я никогда не имел. Теперь ты моя.

— Что я тебе показала? — тихо спрашиваю, не отводя глаз от лица Демида.

— Насколько ненависть и любовь ходят рядом. Какие беды несёт женщина, но всегда с ней приходит и то, ради чего эти беды можно пережить, — подмигивает он.

Дыхание сбивается. Оказывается, я давно уже приняла решение, вот только озвучить его настолько же страшно, насколько признаться самой себе, что этот мужчина всю жизнь жил во мне.

— Что ты конкретно предлагаешь, демон? — спрашиваю я и закусываю нижнюю губу, которой он только что касался.

И Демид улавливает мой настрой. Его глаза затягивает темнотой зрачка, а я пытаюсь быстро прокрутить рекомендации врача: что нужно ещё поберечься. Боже, Сола, как же ты себя ведёшь? Но наглые руки этого мужчины уже ползут по моему телу, а в глазах пляшут джигу его демоны.

Три месяца. Всего каких‑то девяносто дней, а кажется, будто прошла целая жизнь. Я сижу на террасе нашего загородного дома, в кресле‑качалке, под тёплым сентябрьским солнцем. В руках — чашка остывшего кофе, на коленях — планшет. Но я не могу оторвать взгляд от Аглаи и Макса. Хотя для меня всё же привычнее называть её Солой. Как оказалось, она запрещала всем так себя называть. Но теперь…

Можно было бы снова начать бухтеть и злиться, что из меня делают больного, но я молчу и просто кайфую. Никогда не думал, что вот так можно смотреть на свою семью и получать удовольствие. Хотя с Максом, мы всё же втихаря тренируемся, когда моей женщины нет дома.