Книга Странная женщина, страница 129 – Татьяна Тронина, Елена Усачева, Елена Нестерина, и др.

Когда звякнул колокольчик, возвестив, что входная дверь захлопнулась, Виталий весело рассмеялся.

— Привет, хулиганка. Ты откуда взялась?

— Откуда-откуда? Я так и знала, что к тебе тут ходят… всякие…

— Всякие какие? – сыграв в недоумение, поддразнил её Виталий.

— Такие… Мымры. Она ведь мымра, скажи?

— Конечно, кто же ещё? – улыбаясь, подтвердил он.

— И уродина.

— Да, да.

— И выглядит лет на сто.

— Ну уж никак не меньше.

Посмотрев друг другу в глаза, они рассмеялись.

— Я прогуляла консультацию. Потому что соскучилась. И потому что мне очень хотелось сделать вот это. – Лида провела рукой по его щеке, невольно подавшись вперёд, когда Виталий на мгновение задержал её ладонь у своих губ.

— Ну, прогульщица, я взять с тебя пример не могу. придётся ждать конца моей смены.

В гостях у Виталия Лида оказалась впервые. Конечно, она тут же вызвалась сварить кофе, но спорить с Виталием было делом бесполезным.

— Можешь пока рыбок покормить, – проводив Лиду в свою комнату, кивнул Виталий на стоявший возле окна большой аквариум. – И… поболтай с ними. Они скучают без общения.

Когда дверь за Виталием закрылась, Лида с интересом огляделась, и первым, что ей бросилось в глаза, была стоящая на книжной полке чёрно-белая фотография в рамке. Виталий в обнимку с друзьями – все трое в безрукавых тельняшках и панамах-афганках. Четвёртый персонаж – огромная овчарка, на голову которой шутники нахлобучили десантный берет, – растянулся на земле. Лида взяла фотографию в руки, вглядываясь в лицо тогдашнего Виталия. Ей подумалось, что в то время, наверное, он улыбался чаще. Сколько же лет назад это было?

— Его звали Джек, – негромко сказал Виталий, неслышно появившись у Лиды за спиной. – Мы с ребятами сшили ему тельняшку. Он вместе с нами прибегал на построение и по команде «смирно» вставал на задние лапы. Очень умный и верный был пёс.

— Был?

— Однажды он не вернулся из разведки, – коротко бросил Виталий. – Но это… давно было. Пойдём пить кофе.

— Подожди. – Лида удержала его за плечи. – Ты всегда уходишь от этих разговоров. Почему? Почему ты никогда не рассказываешь мне про Афганистан? Это часть твоей жизни, о которой я ничего не знаю.

— А что про него рассказывать? Афганистан – страна чудес, зашёл в кишлак и там исчез, – мрачно пошутил Виталий. – Пойдём. Кофе остынет.

— Порой ты так со мной разговариваешь, – вспыхнула Лида, – будто я ребёнок или недоумок какой-то. Неужели я не заслуживаю ни доверия, ни откровенности? И со мной нельзя говорить на серьёзные темы?

— А что ты хочешь услышать? – сухо спросил Виталий. – Рассказ о подвигах? Так их не было. Ничего не было такого, что могло бы тебе понравиться. Пыль, вши, мат, жара под пятьдесят, туалет – просто яма и две жердочки посередине, без всяких стен и тем более дверей – вот вся романтика. Дальше продолжать?

В глазах Виталия появился тот самый, уже знакомый Лиде, жёсткий стальной блеск, сразу делавший его чужим, отстранённым и неприступным.

— Не нужно, – холодно ответила Лида. – В таком тоне и с таким настроем не нужно. Я думала, что гораздо больше значу для тебя. Но теперь вижу, что ошибалась. Близких людей не унижают недоверием. И почему ты решил, что мне требовались какие-то подвиги? Были они, не были – что это меняет? Хотя, похоже, ты лучше меня знаешь, какая я. Восторженная дурочка, которой нужен стопроцентный герой. А ты ведь не герой? Жаль. Ну тогда пока.