Онлайн книга «Странная женщина»
|
— А что ты сегодня делала, Грифульчик? — И соус свари! Так, с котиком играла, потом вот неожиданно ему позвонили… — Котику? — В квартиру. — В квартиру? — Позвонили нам в звонок, сказали, что их котик, и забрали. — Где же ты взяла чужого котика? Зачем? — Чужое хорошее всё такое, притягательное. Мягонькое. Я не удержалась. — Нельзя так, больше не бери чужое, – по-взрослому отчитал её виолончелист. Гриф задумалась и с любопытством посмотрела на мужа. — А сам? Зачем зубы взял? Виолончелист доделал соус и разложил ужин по тарелкам. — Не знаю, думал, может, кому-то неудобно без них. — Кто-то стал некрасивенький без них. И говорить стал: «ссссыыыльь». Или петь? Гриф неожиданно бросила вилочку, встала, ловко сняла всю одежду и свалила мужа на пол. Она была очень красивой и считала, что раз уж так вышло, то нужно пользоваться своей красотой и тут, и там. * * * Фея вернулась. Котик обрадовался. Жена, слава богу, была занята зубами, которые никак не могли изготовить, и ходила в поликлинику, почти как на работу, а там ведь никогда не принимают по времени: вечно надо пропустить кого-то заслуженного или кормящую. Так что у них с Феей было почти три часа. Фея тёрлась спиной о его коленки и смеялась: — Ты представляешь, принёс после выступления зубы! Коронка! Дорогущая такая на золотом сплаве. На шесть зубов! Говорит на сцене нашёл! Я себе так и представляю, выпадает у скрипачки… у певицы… шшшшш… уссссыыыыы… ся…. Как смешно. — На шесть? – неожиданно нахмурился котик. — Да. И бережно так её в платочек завернул, он любит эти платочки хлопковые, а я сперла её сегодня. Хочешь, покажу? Фея подпрыгнула и, сверкнув задом, улетела в коридор. Котик натянул трусы и включил телевизор, почему-то ему это всё не понравилось. На ладонь Котику упала металлокерамическая коронка на шесть зубов. — Когда он её принес? — Я не помню, кажется, в тот день, когда мне пришлось срочно уйти. Он вообще не должен был в тот день играть, но там заболел кто-то, и он срочно поехал, а я к тебе. Так удачно всё вышло. — Думаешь, он её вот так вот просто нашёл на сцене? Не странно ли? Фея пожала плечами и решила выпросить колечко или брошечку, можно и часики, муж всё равно не заметит. Котик в обмен на обещание выпросил коронку и отвёз Фею в торговый центр. Елизавета Львовна целовалась со стоматологом в новых коронках под клёнами, недалеко от поликлиники. Тянуть было уже нельзя. Пришлось ставить. Конечно, пока на пробу, на временную основу, чтобы посмотреть. А через неделю придётся с этой коронкой расставаться. — Сколько есе сепеляфить? — Мало, – тяжело вздохнул стоматолог, – исчезнет быстро, не заметишь. — Холосо, сто бутем телать? Рассанемся? — Не знаю. Надо. — Нато. Нехолосо. Мой усыль… Елизавета Львовна побелела от злости: ей вдруг стало совершенно понятно, что муж – настоящий кровопиец – выпил из неё не кровь, нет. Он сделал для неё нечто большее – высосал, оставив на шее два маленьких пятнышка, всю её настоящую. Даже не женственность, которую она ещё тайно хранила в себе, а саму её – живую, правдивую, ту, которая могла когда-то вызывать восхищение. Она закусила губу. Стоматолог опять загрустил, и они снова стали целоваться. Во рту был привкус пасты для временной установки коронок и чего-то постоянно-земляничного, с чем никак не хотелось расставаться. Утешало только любопытство: «Будет ли такой же привкус у следующей? Или не пробовать? А вдруг попадется мята или груша?» И Елизавета Львовна подумала: «А мне нравится шепелявить!» |