Книга Вечно ты, страница 62 – Мария Воронова

— Не бойся, – он вдруг посерьезнел, пристально посмотрел ей в глаза и повторил: – Не бойся, пожалуйста.

Люда молчала. На плите чайник зашумел, крышка стала подпрыгивать, уютно позвякивая, как будто они были вместе уже тысячу лет.

— Ты мне очень нравишься, – просто сказал Лев, – но ты не думай, что должна из-за этого что-то делать. Особенно если ты раньше этого никогда не делала.

— Спасибо, – она почувствовала, что краснеет.

— Варька должна была быть уже дома, – повторил он, – и обещала, между прочим. А сама усвистала черт знает куда.

Лев встал и выключил чайник.

— Ты мне тоже очень нравишься, – сказала она, – и я волнуюсь, что из-за меня ты не делаешь того, что должен делать.

Лев коротко засмеялся, а через секунду они уже целовались жадно, крепко и непристойно. От близости его сильного тела кружилась голова, из которой вдруг вылетели все правила и постулаты, и осталась только одна ясная мысль – она, Люда, родилась ради того, чтобы быть с ним. Хотя бы один раз. Рука его легла ей на грудь, и Люда вздрогнула, но всего лишь на секунду. Она прижалась к нему еще крепче, Лев приподнял ее, посадил на подоконник, рука его двинулась вверх по ее бедру…

И тут хлопнула входная дверь. Лев мгновенно отпрянул, Люда спрыгнула с подоконника.

— Господи, слава богу, – пробормотал он, стремительно ополаскивая лицо холодной водой, – еще бы секунда, и все.

— Папусь, извини, что задержалась, но сегодня был пациент с интереснейшей клиникой. Ну никак не могла уйти, не выяснив, есть у него аппендицит или нет. – В кухню влетела щуплая девица с невзрачным веснушчатым лицом и легкими, как пух, волосами, и вдруг резко остановилась на пороге: – Ой, здравствуйте, Людмила Игоревна!

— Ну и что, есть? – внезапно вырвалось у Люды.

— Естественно! Великие профессора сомневались, но от нас с Колдуновым еще ни один аппендицит не уходил!

Лев покачал головой:

— Подожди еще, не зарекайся. Жизнь такая, что без ошибок не обходится.

— Ян то же самое говорит, прямо как ты.

— Позвольте представить мою дочь Варвару, – торжественно провозгласил Лев, – вашу бывшую студентку, что в очередной раз доказывает, как тесен мир.

— Не так тесен, как хотелось бы, – хмыкнула девушка. – Эх, папусик, вот что бы тебе не познакомиться с Людмилой Игоревной на пару лет пораньше, я бы тогда не учила аккузативус-аблятивус и всю остальную муть.

— Очень приятно с вами снова познакомиться, Варя, – сказала Люда.

— Ну раз церемонии закончены, давайте чай с тортом пить, – Лев достал из холодильника картонный кубик с изображением белого медведя.

— Ого, ты в «Север» гонял?

— Чего только от безделья не сделаешь. Кстати, Варя, пока ты учишься в институте, тебе придется называть Люду Людмилой Игоревной и на «вы».

— Да?

— Да, Варвара. Субординация штука страшная, но полезная.

— Ладно, без проблем. Ну хоть вспомнить можно, сколько Людмила Игоревна из меня крови выпила?

— Разве? Простите, Варя, но если бы у вас были трудности с дифзачетом, пересдачи, я бы вас запомнила гораздо лучше, а не только в лицо.

— Нет, я все контрольные на пятерки написала и получила «автомат». Но чего мне это стоило… – Варя энергично тряхнула головой: – Вот ничего в жизни вовремя не приходит!

— Угу. Особенно мудрость, – Лев разложил торт по блюдечкам.