Книга Дорога, которой нет, страница 119 – Мария Воронова

А дальше дело техники. Или подождали, пока наши доблестные чекисты сами наткнутся на эти рассказики, или подвели их, как детей, с помощью анонимки или старой доброй агентурной работы. Небольшой затык произошел из-за нашего старого приятеля Макарова, который спустил дело на тормозах, но у Натальи Борисовны, слава богу, в активе имелся такой мощный таран, как великий писатель Степан Андреевич Никитин. Я почти уверена, что, если мы спросим его, как обстояло дело, он ответит нам, что любимая редакторша изо всех сил науськивала его, пугала, что когда-то он дал одобрительный отзыв на творчество молодого человека, ну ладно, не дал, а хотел дать, но мало ли – когда-то отозвался с похвалой о юном даровании Тимуре Тарнавском, а у людей на такие вещи память длинная…

— Или апеллировала к гражданской ответственности, что обязательно надо Тимура с Кирой хорошенько наказать, чтобы другим неповадно было.

Гортензия Андреевна кивнула:

— Или так. Предположений много, но, согласитесь, если мы примем, что цель была заполучить папу Сухарева, то вся фантасмагория получает логичное объяснение.

— Ну да, – кивнула Ирина кисло. У нее в голове все еще никак не совмещался образ кругленькой и уютной Натальи Борисовны с фигурами Штирлица и Маты Хари, – все-таки это будет очень иронично, если окажется, что Никитин изобличал мнимых врагов по указке врага настоящего.

Гортензия Андреевна невесело рассмеялась:

— Что вы хотите, Ирочка, бей своих, чтобы чужие боялись, – это наш фундаментальный принцип. Впрочем, вернемся к фактам. Ситуация с женой Тимура еще более показательна, но, если вы сомневаетесь, давайте дождемся, пока нам достанут историю болезни Вити и пробьют указанный в ней адрес, и поговорим, только когда выяснится, что ни о каком Вите там слыхом не слыхивали.

— Думаете?

— Никакой это не Витя, а самый настоящий шпион. Американская сторона все предусмотрела, кроме одного – неопытного водителя и последовавшего за ним перелома челюсти. На этом бедный Витя погорел.

— Почему?

— Потому что, Ира, вы еще молодая, вам не надо, а я в курсе, что в части стоматологии США ушли от нас минимум на двадцать лет вперед. Естественно, Ольгу Григорьевну, на беду свою изучавшую как раз челюстно-лицевую хирургию, изумило состояние полости рта обычного советского человека, как нас с вами удивил бы приземлившийся на нашем участке космический корабль. К сожалению, профессиональное любопытство пересилило у нее все остальные соображения, она с энтузиазмом принялась выяснять, откуда взялись эти фантастические протезы, принялась рассказывать коллегам о чудесных зубах. Наталья Борисовна не могла просто наблюдать за этим и ждать, кто первый сложит два и два и сделает логичный вывод, что если у советского человека стоят зубные протезы, которых у советского человека быть в принципе не может, то это не советский человек. Мы с вами не знаем, в чем состояла операция, ради которой к Наталье Борисовне прислали условного брата Витю, но из-за неуместной врачебной активности Ольги Григорьевны она оказалась под угрозой срыва, равно как и сама легенда Вити, Натальи Борисовны и ее семьи. Пришлось украсть рентгеновский снимок, а молодую женщину заставить замолчать навсегда.

— Вы так говорите, как будто это нормально, – буркнула Ирина.