Книга Утопающий во лжи 17, страница 109 – Лев Жуковский

Тогда я начал двигаться в нескольких внутренних направлениях сразу. Искал энергетические нити, соединяющие мою душу с горнилом истинного света. Пока эссенция света у меня еще имелась. Искал связь с доменом. Искал путы, соединяющие ложного аватара с основным телом.

Это был не быстрый процесс. Даже слово «медленный» казалось слишком стремительным для того, что происходило. Бушующий хаос изменённого пространства находился не только снаружи крыльев изменчивости, но и в небольшой области внутри, пусть их активность и была серьезно снижена. Всё дрожало. Связи искажались. Мысли могли возвращаться с иными оттенками. Любая попытка тонкого воздействия постоянно пыталась сорваться. Несмотря на мой уровень контроля энергий.

Если верить внутреннему таймеру, сознанию, отсчитывающему каждый удар сердца, я находился здесь уже более двух лет.

Лея Фрет называла подобные механизмы хронометрами. Ведь в ее мире Система не успела прийти, и она ещё застала время, когда не все доверяли внутреннему интерфейсу Системы, и потому её народ сохранял привычку считать время внешними устройствами. Я тогда отметил это почти без интереса. А теперь одно из моих сознаний, упрямо отсчитывающее удары сердца, стало единственным якорем последовательности.

Внутренний интерфейс при этом показывал, что с момента моего исчезновения из реального слоя пространства не прошло и пары ударов сердца. Разрыв был неприятен. Очень неприятен.

Согласно моему хронометру, одни только изыскания в области внутренних связей заняли больше года. Честно говоря, это начинало тяготить. Даже с моими высокими характеристиками. Даже с разделёнными сознаниями. Даже с пониманием, что для внешнего мира, возможно, всё ещё не прошло и мгновения.

Давление было слишком велико. Невозможность сделать хоть что-то не придавала сил. Особенно учитывая, что энергия душ, вложенная в крылья изменчивости Бездны, пусть и медленно, но таяла. Я видел это отчётливо.

Однако связаться и активировать доступ к горнилу света удалось еще спустя более чем семь месяцев экспериментов. Семь месяцев.

С тем крошечным запасом эссенции истинного света, который ещё оставался у меня. Только она могла в этом хаосе поддерживать хоть какую-то пародию на стабильность. Каждая попытка требовала точности, осторожности и огромного терпения. Ошибка, и тонкая нить рвалась. Слишком сильное давление, и она изгибалась, создавая флуктуации, открывая сознание для чужих голосов. Слишком слабое, и хаос просто растворял структуру прежде, чем я успевал понять, была ли она верной.

Причем, попытки достать из изменённого пространства что-то незначительное заканчивались одинаково. Растворением.

Сталь рассыпалась даже не пылью, а невесомой взвесью, не выдерживая гнетущего уровня энергий. Никакого звона, никакого сопротивления. Материал просто терял смысл быть сталью. То же самое произошло с оружейной картой Системы. Она исчезла в тот же миг, не дав даже проявить оружие, и это при моей скорости восприятия.

На этом фоне доставать шкатулку Тризиастра не имело никакого смысла. Как и пытаться призвать кого-либо из подчинённых. Это лишь оборвало бы их жизни.

Они появились бы не в пространстве, а в мясорубке законов, где даже металл не успевает вспомнить свою форму. Живые тела, души, экзокостюмы, артефакты, всё стало бы пищей для хаоса за долю мгновения.