Книга Утопающий во лжи 15, страница 122 – Лев Жуковский

Очередь выстраивалась длинная. Гоблины жаждали силы, жаждали перестать быть жертвами. Они смотрели на воинов в живой хитиновой броне с благоговением и завистью, мечтая стать такими же. Всё же стадное чувство брало своё и мало кому приходило в голову, что этот доспех на всю жизнь. Я же был рад, ведь именно хитиновый покров поможет пережить эту особенно холодную зиму этим гоблинам, учитывая отсутствие нужного количества толковых доспехов. Всё же на тысячи будущих солдат подготовить качественные гвардейские доспехи я попросту не успел.

Вот к несчастью оказалось, что я ошибся. Ошибся там, где попросту не мог предвидеть такого будущего. К моему огорчению, вовсе не в зарвавшихся, отчаянных головах моих новых подчинённых оказалась проблема, и даже не потомки аристократов решили попытать счастья в попытке сменить власть в моей армии.

Хотя, если честно, это как раз было маловероятно. Эти ничтожества и воевать на переднем крае не желали, потому и в уровнях практически не росли. Они прятались в обозе, цеплялись за свои титулы и регалии, не понимая, что в новом мире всё это не стоит ровным счётом ничего. Да и в целом они смотрели на повышающих уровни деревенщин и вчерашних разбойников, как на безумцев, которым свет явно не мил и сотни лет законов местного лорда для них словно ничего не значили. Вот только не зря же мои офицеры загодя вдалбливали мысль отрядам наёмников и отморозков, что это самое время свободы наступит. Ну, а уже за ними и обычные селяне поверили в эту сказку, на деле обретшую реальное воплощение, в которое поверить в своих закостенелых взглядах аристократишки попросту не могли.

Зато судя по выражению их надменных «благородных» лиц, они считали, что превращаться в чудовищ — это даже не выход. Особенно презрительно они смотрели на Леура, ставшего самым настоящим королем арахнидов. Им было невдомёк, что это всего лишь боевая форма, что под этим пугающим обликом скрывается разум, возможно, более острый и ясный, чем был когда-либо.

Сам же мой бывший интендант не спешил переубеждать этих зазнавшихся невежд безмозглых, явно охладев к поддержанию подобных связей в среде аристократов. Он явно понял, в отличие от них, что мир рухнул и законы его изменились окончательно.

Не придёт ни тысячник спасать своих подданных, ни сам лорд. Понимание, пусть неосознанное, но понимание того, что их продали, окончательно, день ото дня только укреплялось в Леуре. Практически уж кто-кто, а именно мой маг на своей собственной шкуре уже ощущал, что значит быть проданным. В принципе, для этого мне не нужны были навыки чтения мыслей, я видел это по поступкам его. По тому, как он всё реже искал общения со своими бывшими знакомыми, по тому, как всё больше времени проводил с простыми воинами. Со своей новой сотней.

Так вот, ошибся я в расчёте проблемы. Ведь оказалось, что стаи инсектоидов, иной раз атаковавших нас числом не меньше тысячи тварей, были не самой большой проблемой. Не Пожиратели были нам угрозой, способные разрушить кислотой каменные стены крепости, не Жнецы инсектоидов, способные под покровом невидимости атаковать нас неожиданно и вызывать огромные потери в рядах даже опытных солдат.

Причём даже не тот факт, что ютиться в не самом большом форте приходилось больше трёх тысяч гоблинов, создавая давку, антисанитарию и почву для болезней и раздора. Ведь тёплых, обогреваемых печами помещений на всех точно не хватало.