Книга Утопающий во лжи 15, страница 119 – Лев Жуковский

Вот естественно только такой трюк никак не проходил с детьми. Их хрупкие тела, ещё не сформировавшиеся души не могли вместить силу Системы. Даже повышение уровней и увеличение параметра Силы взрослыми их не сделало бы, законы мироздания неумолимы, и ребёнок остаётся ребёнком, пока время не сделает своё дело. Всё же более крупный гоблинёнок, которому было всего год от роду, пользы принести не мог, разве что его тащить было сложнее. Так что сложности определённо появлялись.

Ведь телег не особенно-то и хватало, как и скарб селяне собирали не слишком быстро, и это меня изрядно раздражало. Примитивные повозки скрипели под тяжестью груза, колёса вязли в снегу, оси ломались от перегрузки. Несчастные тягловые животные, худые и измождённые, с трудом тащили даже лёгкие сани и волокуши, которые делали мои подчинённые по моему приказу. Впрочем, я и сам бы не мог сказать, что было тягловым турам тащить проще, сани или телеги, учитывая ту колею, что пробивал и Дэрргеш, и мои огромные штурмовые десятки.

Неторопливость же селян не просто раздражала, а словно бы вообще какое-то неприятное чувство у меня возникало. Предчувствие. Знакомое, холодящее душу ощущение надвигающейся беды. Словно я опаздываю, и это мне совершенно не нравилось. Каждая задержка, каждая остановка отдаляли меня от цели, приближали к катастрофе, очертания которой я пока не мог разглядеть.

В целом во время марша, если потери и были, то скорее это оказывались случайности или недосмотр, даже не моих солдат, а больше гражданских, отбивающихся от колонны. Этих безмозглых глупцов, решивших, что в одиночку им будет безопаснее, или просто потерявшихся в метели, часто налетающей внезапно. Их тела мы находили потом, если ещё находили, искорёженные, обглоданные, превращённые в корм для хищников, но чаще конечно таким «счастливчикам» не везло просто замёрзнуть. Об этом мне докладывали мои отряды разведки, которые курсировали на удалении вокруг двигающейся колонны. Особенно в этом было хорош мой восьминогий сотник Леур, словно и не замечающий снег под ногами.

Опять же, стаи инсектоидов во время движения попадались нам не часто. Они словно избегали такого крупного скопления вооружённых существ, предпочитая охотиться на более лёгкую добычу. Да и с высоты моего текхарта я мог обозревать округу как со штурмовой башни, так что в светлое время суток внезапной атаки нам можно было особенно и не опасаться.

Текхарт был моим троном, моей сторожевой вышкой, моим мобильным командным пунктом. Оттуда я наблюдал за движением войск, отдавал приказы, чувствовал пульс битвы ещё до того, как она начиналась.

Что же касалось Лазутчиков инсектоидов, то и с ними особых проблем на марше не возникало и причина даже не в том, что я чаще всего мог видеть их следы на снегу. Дело скорее заключалось в том, что этим тварям не хватало мозгов не смотреть в мою сторону.

Всё же они были не до конца разумны. Да и их способ восприятия пространства я всё равно на себе чувствовал. Словно намерение атаковать, как будто невидимые щупальца ощупывают защиту, ищут слабые места.

Хотя мозгов, или лучше сказать инстинктов, им всё же хватало, чтобы не бросаться силами пусть даже двадцати особей на армию в несколько тысяч солдат. Они наблюдали, изучали, передавали информацию своим Королевам, но не атаковали. Пока не атаковали.