Книга Бремя власти IV, страница 70 – Иван Ладыгин

Я видел, как терпит поражение моя армия под Москвой. Видел, как Анна, которую я когда-то любил, умирает у меня на руках, проклиная мое имя. Видел, как Валерия, моя стальная валькирия, отворачивается от меня с презрением, увидев монстра, в которого я превратился. Видел, как Империя, которую я собрал по крупицам, рушится в огне и хаосе, а народ восстает против меня как против тирана.

Это были не просто картинки. Это были ощущения. Запах смерти, вкус поражения, ледяное прикосновение отчаяния. Сущность сканировала мое сознание, вытаскивая наружу все, чего я боялся больше всего.

Но я не ломался. Я смотрел на эти кошмары, как на сцены из чужой пьесы. Да, это возможно. Но это — не единственный путь. Это — путь слабости. А я выбираю силу.

Я принимал боль, признавал страх, а затем отбрасывал их, как шелуху. Моя воля, закаленная в тысячах сражений и политических интриг, была крепче алмаза. Я был Царем Соломоном. Я повелевал духами, а не они мной.

Когда я открыл глаза, прошло несколько часов. Я был мокрый от холодного пота, но разум мой был ясен, как никогда.

Коловрат смотрел на меня с нескрываемым изумлением.

— Никто… никто не выдерживал так долго. Ты… либо величайший глупец, либо…

— Либо именно тот, кто нужен, — закончил я за него. Я достал из походной сумки клочок пергамента и обугленную палочку. Написал несколько строк. «Валерия. Если читаешь это, значит, я не вернулся. Не ищи виноватых. Продолжай дело. Защищай наших. Ты всегда была сильнее меня. Твой Н.»

Я протянул сверток Коловрату.

— На всякий случай.

Затем я мысленно вызвал Мак.

«Последние указания для Николая. Если связь прервется… пусть правит так, как считает нужным. Как настоящий Император. А не как моя тень.»

«Хозяин, ты меня пугаешь!» — пропищала она, но я почувствовал, как ее энергия сливается с моей, готовясь к последней битве.

— Я готов, — сказал я, поднимаясь.

Коловрат молча кивнул и подошел к гладкой поверхности Скалы. Он приложил к ней ладонь, и камень под его рукой дрогнул, потерял твердость, превратившись в подобие черной, мерцающей воды. Он прошел сквозь нее, и я последовал за ним.

Мы очутились в пещере. Стены вокруг сплетались из сгущенной тьмы, в которой пульсировали и переливались целые галактики. Здесь не работали законы физики — пространство изгибалось, время текло рывками.

И на пороге этого сумасшедшего мира нас ждал Страж.

Это было мое отражение. Точная копия. Но с глазами, полными бесконечной скорби и поражения. Оно было одето в лохмотья императорской мантии, а в руке держало сломанный меч.

— Смотри, Соломон, — прошептало оно моим же голосом, но с интонацией полной безнадежности. — Смотри, к чему ведут твои амбиции. Все, что ты построил — прах. Все, кого ты любил — мертвы. Твоя сила оказалась иллюзией. Ты проиграл.

Вокруг нас поплыли образы. Разрушенный Петербург. Плачущий Николай. Тело Валерии на баррикадах. Это был кошмар, который я только что прожил в медитации, но теперь он был в тысячу раз реальнее.

— Чтобы пройти, — сказал Коловрат, стоя позади меня, — ты должен должен принять эту возможность. Признать, что это — один из путей. И… отпустить его.

Я смотрел на свое побежденное отражение. И вдруг… я улыбнулся.

— Да, — сказал я. — Это возможно. Я могу проиграть. Я не всесилен. Но… — я шагнул к нему, — я выбираю бороться. До конца. Я не могу иначе. В этом моя суть. В борьбе.