Книга Системный Творец VI, страница 46 – Александр Сорокин

— У каждого из них есть семьи, близкие, ученики. Все они находятся под контролем, в моей власти. Завтра, — его голос стал тише, но от этого лишь страшнее, — на службе у Империи не останется ни одного Системного Творца. И ни одного человека, осмелившегося носить это клеймо. Я выжгу эту заразу, искореню её дотла. Они думали, что играют по своим правилам? Что их знания дают им право на предательство? Ошибались. Они дают им лишь право на быструю смерть. А их близкие… получат урок, который запомнят на тысячелетие.

В его словах не было истерики, лишь холодная, безжалостная решимость правителя, чья власть оказалась под угрозой. Он был готов залить трещины в фундаменте своей империи кровью, лишь бы сохранить её.

Меня сковал ледяной ужас. Частично я понимал его ярость. На него только что совершили покушение, его мир рушился, предали те, кому он доверял. Но это… было безумие! Массовые казни невинных? Уничтожение всех Творцов? Это означало не только смерть для оставшихся верных Империи, но и гибель бесценных знаний, уникальных умов, столь необходимых в войне с Лесом и иномирцами. Это был акт слепого, панического мщения, а не мудрого правления.

Я открыл рот, приготовившись возразить, вступиться, крикнуть, что он безумен. Но слова застряли в горле, когда заговорил Кай.

Его голос прозвучал негромко, но с такой леденящей, беспощадной ясностью, что даже Аврелиан на мгновение замер.

— Я вижу перед собой не императора. — произнес Кай, медленно поднимаясь с кресла. Его движения были плавными, но каждый жест излучал невероятную внутреннюю силу. — Я вижу мальчишку. Неважно, сколько лет ты ходишь под этим небом.

Воздух в кабинете содрогнулся. Кассиан мгновенно напрягся, рука скользнула к рукояти меча. На лице Аврелиана промелькнула буря эмоций: шок, ярость, оскорбленное величие. Он был императором Санкталии, Стержнем, Бессмертным Монархом. Его воля была законом для миллионов. А этот человек, эта ожившая легенда, назвал его… мальчишкой.

— Что… ты сказал? — прошипел Аврелиан, с трудом сдерживаясь. Голос дрогнул, но не от страха, а от невыносимого унижения.

Взгляд Кая оставался твердым. Его глаза, казалось, видели не только человека перед ним, но и всю цепь его поступков, все решения, приведшие к этому моменту.

— Императорская семья, — продолжил Кай, и в его голосе зазвучали горькие, усталые нотки сарказма, — веками вырезала всех, кто осмеливался прикоснуться к «запретному классу». Это не что иное, как охота на ведьм, Аврелиан. Красивое название для геноцида. И теперь ты жалуешься, что горстка чудом выживших решила тебя свергнуть?

Император, забыв о всякой сдержанности, выкрикнул:

— Империя едва пережила их вероломную попытку захвата власти в прошлом! Они чуть не уничтожили всё! Их сила, их знания… они опасны!

— Их сила, — перебил его Кай, его голос внезапно загремел, наполнив кабинет давно забытой мощью, — их знания с момента прихода Системы были направлены на защиту этого мира! Системные Творцы, Аврелиан, были её первыми солдатами! Мы построили Терминус! Мы создали барьер, который сдерживал Лес! А когда пришли иномирцы, мы грудью встали на защиту твоих предков! На защиту самой Империи, которая теперь поливает нашу память грязью!

Он сделал шаг вперед. Кассиан напрягся, но остался на месте. Что-то в позе Кая, в его глазах, кричало, что попытка остановить его будет последней ошибкой в жизни Стража.