Книга Системный Творец V, страница 98 – Александр Сорокин

— Она… пришла не ко всем! — попытался возразить я, осознавая всю шаткость своих слов. — Только к некоторым!

— Понятно. — безжизненно повторил молодой.

Меня охватила истерическая уверенность. «Они должны поверить! У меня есть доказательство!» — подумал я.

— Топор! — выкрикнул я, отчаянно дергая наручниками. — Посмотрите на мой топор! Он не обычный, а… артефактный! Его нельзя сломать!

Они снова переглянулись, в их глазах мелькнуло недоверие. Пожилой вздохнул, медленно поднялся и подошел к месту, где лежал топор. Он наклонился и поднял его.

— Деревянная рукоять. — констатировал он. — Странный металл. Тяжёлый.

— Попробуйте сломать! — настаивал я, уже почти захлебываясь в собственной правоте.

Пожилой следователь, всё так же с бесстрастным видом, переложил топор в обе руки. Физически он не отличался силой — это было видно по его худощавому телосложению. Но он просто упёр древко в край металлического стола и, без видимого напряжения, надавил сверху.

Раздался сухой, резкий хруст. Я замер, не в силах поверить в происходящее… Этого просто не должно было случиться.

Следователь положил топор на стол и взглянул на меня.

— Получилось. — произнёс он ровным, безжизненным голосом. И в его глазах, наконец, появилось не злорадство, а глубокая, бездонная жалость к безумцу, цепляющемуся за выдумки.

В тот миг во мне что-то сломалось. Не просто надежда — сама реальность треснула. Если топор, последний физический свидетель моего пути, оказался лишь хрупкой игрушкой, которую можно сломать об стол… Тогда что из всего этого было правдой? Существовал ли Эйвель? Была ли Система? Были ли Орн, Бранка, Лериан? Или всё это — лишь порождение больного разума одинокого, сломленного человека?

Меня заперли в крошечной камере, где единственным свидетелем моего заточения была камера наблюдения, впившаяся взглядом из угла. Я сидел на жесткой койке, уставившись в безликую стену. Мысли текли медленно, обволакивая сознание тяжестью. А что, если это и есть истинная реальность? А тот мир… всего лишь сон? Яркий, пугающий, но всего лишь сон?

Время утратило всякое значение. Мне приносили еду — безвкусную, пресную кашу в пластиковой миске. Я почти не притрагивался к ней, лишь разглядывал свои руки. Они были непривычно чистыми, без мозолей, которые остались бы от бесконечных тренировок с топором. Слабые, нежные руки офисного клерка.

В одну из бесконечно одинаковых ночей дверь камеры открылась, и внутрь вошли двое. Их черная одежда скрывала лица под глубокими капюшонами. В их движениях не было спешки, лишь холодная, эффективная жестокость.

Один из них, высокий и жилистый, молча подошёл ко мне. В его руке блеснул короткий, широкий клинок — не нож, а скорее инструмент для забоя скота. В его глазах, мелькнувших из-под капюшона, не было ни злобы, ни даже интереса. Была лишь работа.

Я даже не пытался встать. Зачем мне было сопротивляться призракам, бороться с кошмаром, который, возможно, и есть единственная реальность? Я устал. От всего: от битв, от утрат, от этой вечной погони за силой, которой, возможно, никогда и не было.

Я закрыл глаза, ожидая удара. Ждал его холода, остроты, финала, чтобы всё это наконец прекратилось.

И в тот миг, когда лезвие, казалось, уже коснулось моей кожи, я моргнул.

* * *