Книга Системный Творец, страница 47 – Александр Сорокин

Вернувшись в дом, я застал Орна за готовкой. На этот раз он сварганил что-то более основательное — густую кашу с кусочками вяленого мяса и кореньями. Запах был божественным.

— Силы еще есть. — буркнул он мне в качестве приветствия, оценивающе окинув взглядом мою взмокшую рубаху. — И не похоже, что сломался.

— Держусь. — ухмыльнулся я, наливая себе воду.

Завтрак прошел в тишине, Орн слушал, хмуро жуя, и кивал.

— Решил, что делать будешь? — спросил он наконец, отодвигая пустую миску.

— Мы. — поправил я его. — Мы идём на рынок, продаём амулет, покупаем гвозди, смолу, инструменты, если будут. Всё, что нужно для починки этого… — я обвёл рукой наше ветхое жилище, — … дома.

Орн фыркнул, но не стал спорить. Видимо, необходимость действий была для него очевиднее, чем желание впадать в уныние.

— Ладно. — сдался он. — Попробуем ещё раз. Только смотри в оба. На рынке сейчас… Люди могут быть не в себе. Страх делает их глупыми и жадными.

Через полчаса мы уже шли по почти безлюдным утренним улицам. Город, обычно шумный и полный жизни, напоминал вымерший. Окна были закрыты ставнями, изредка попадавшиеся прохожие шли быстро, с опущенными головами, не встречаясь взглядами. Воздух был густым и тяжёлым, пропитанным немой паникой.

Рынок, представлял собой жалкое зрелище. Половина лавок была закрыта наглухо, остальные работали вполсилы. Торговцы сидели на своих местах с отсутствующим видом, не стараясь зазывать покупателей. Тех же, кто бродил между прилавками, можно было пересчитать по пальцам. Они не торговались, а быстро, почти молча, скупали в первую очередь еду — мешки с мукой, крупами, вяленое мясо, соль.

Мы обошли несколько знакомых Орну лавок, где торговали ремесленными изделиями и инструментом. Хозяева лишь мрачно качали головами — «Не до того сейчас, старина. Не до покупок».

Настроение падало с каждой минутой. Казалось, наша затея обречена. Но тут Орн тронул меня за локоть и кивнул в сторону небольшой, но крепко сбитой лавки, стоявшей чуть в стороне от основных рядов. Над ней болталась вывеска с изображением наковальни и молота — знак кузнеца-универсала, торгующего и готовыми изделиями.

За прилавком стоял сам хозяин — широкоплечий, бородатый мужчина с умными, пронзительными глазами. Он не сидел сложа руки, а что-то яростно чистил напильником, и по его сосредоточенному виду было видно, что он не собирается сдаваться и бежать.

— Борвиг. — представился Орн, подходя к прилавку. — Не виделись сто лет.

Кузнец поднял взгляд, и на его суровом лице на мгновение мелькнуло что-то похожее на улыбку.

— Орн. Жив ещё. Думал, тебя давно черви доели.

— Обманул. — хрипло усмехнулся старик. Он достал из-за пазухи кожаный мешочек и вытряхнул из него на прилавок амулет. Законченный лист из тёмного дерева, в центре которого пульсировал мягкий, живой свет. — Есть для тебя безделушка. На счастье.

Борвиг отложил напильник, взял амулет в свои грубые, покрытые окалиной и шрамами пальцы. Он повертел его, поднёс к глазам, постучал по нему ногтём. Его лицо оставалось непроницаемым.

— Работа чистая. — наконец проворчал он. — Материал… Непонятный. Но вещица сильная, это чувствуется.

— Защитный амулет. — пояснил Орн. — Ненадолго отводит внимание тварей, что в текущей ситуации весьма неплохое подспорье. Такой и жизнь может спасти.