Книга Кодекс Магических Зверей 3, страница 18 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Снял ранец, в котором лежали драгоценные находки, поставил его на стол и рухнул на табурет. Люмин, не дожидаясь приглашения, запрыгнул ко мне на колени и тут же свернулся калачиком, прикрыв глаза. Крох обошёл помещение по периметру, тихо клацая когтями о деревянный пол, затем улёгся у моих ног.

В голове крутились мысли о найденных растениях, о завтрашнем дне, о зелье для Астика.

— Садоводством займусь завтра, — решил я, с трудом поднимаясь с табурета. Люмин недовольно пискнул, когда я переложил его на пол рядом с Крохом.

По пути в спальню заглянул в бронзовое «зеркало» и присвистнул. Зрелище то ещё.

На лице засохла корка из пота и пыли. Переведя взгляд на одежду, увидел, что она покрыта слоем пыли и грязи. Штаны и рубаха, казалось, впитали в себя все цвета и запахи биомов, через которые мы прошли. Люмин, мой медовый зайцелоп, превратился в серо-бурое нечто, шерсть которого свалялась в колтуны от лесной грязи. Даже Крох, который всегда был образцом чистоплотности, выглядел так, будто его искупали в болоте.

— Ну уж нет, в таком виде в кровать нельзя, мы не свиньи.

Пришлось собрать остатки сил и идти мыться. Только баня могла спасти нас от участи провонять этой лесной дрянью всю лавку.

Я подхватил сонных зверей и вышел во двор. Чистый и прохладный ночной воздух немного взбодрил. Луна стояла высоко, заливая двор серебристым светом.

Баня встретила нас запахом старого дерева. Я занёс зверей внутрь и посадил на пол в предбаннике. Люмин, окончательно разомлев, тут же снова закрыл глаза. Крох попытался осмотреться, но усталость помешала ему продолжить исследования.

— Сиди, — сказал я, и вышел во двор.

Первым делом взял два чугунных котла, наполнил ледяной водой из колодца и поставил в предбанник. Следом принялся растапливать печь. Положил дрова, подкинул лучины и бересту, чиркнул кресалом, и через несколько минут в каменке весело затрещал огонь. Пока она раскалялась, поставил нагреваться на специальную плиту два чугунных котла с водой.

Следом натаскал холодной воды в кадку и, пока каменка раскалялась, выкопал на грядке парочку реп, нарвал немного кислицы и лука. Затем зашёл на кухню и приготовил простую похлёбку. Быстро всё съев, вернулся в баню и увидел, что камни в каменке раскалились докрасна, а вода в котлах закипела. Я вылил один котёл воды в кадку и перемешал. Температура стала идеальной — обжигающе-горячей, но терпимой. Ещё раз наполнив котел водой, снова поставил его нагреваться.

Закончив приготовления, выволок во двор большой таз и поставил рядом с колодцем. Увы, но Люмина и Кроха нельзя мыть в бане — они могут быстро перегреться и получить тепловой удар, поэтому придётся помыть их на свежем воздухе.

Разбавив в ведре колодезную воду с кипятком из чугунного котла, перелил ее в таз. Рядом положил мыло, чистые тряпки и мягкое полотенце.

Вернувшись в предбанник, поднял зайцелопа.

— Пойдём, малой, — сказал я, выходя во двор.

Зайцелоп сонно захлопал глазами, но, увидев таз с водой, насторожился.

— Не бойся, путешественник, — я опустил Люмина на траву, присел на корточки и погладил его по голове. — Сейчас мы смоем с тебя всю лесную гадость. Будет тепло и приятно.

Уговоры заняли минуты три. В конце концов, несмотря на отчаянное попискивание, я осторожно опустил его в тёплую воду. Люмин замер, но поняв, что ему ничего не угрожало, расслабился и даже начал получать удовольствие.