Книга Знахарь 8. Финал, страница 115 – Павел Шимуро

Деревня высыпала к центру.

Жители видели Мудреца впервые в жизни. Я краем зрения отметил реакции, как отмечал бы реакции пациентов в приёмном покое на известие, которое им не хотелось слышать. Хорус осел на колени у своего порога. Вейла стояла, но костяшки её пальцев на древке весов побелели так, что я через Витальное зрение видел спазм мелких сосудов у основания ногтей. Динка держалась за подол матери обеими руками и не плакала. Дети в её возрасте не плачут, когда страшно слишком сильно — они просто молчат, пока не разрешит взрослый.

Аскер вышел вперёд.

— Правитель. Деревня Пепельный Корень приветствует вас. В деревню можно войти одному и без сопровождения — это правило у нас одно для всех гостей. Если вы хотите говорить с лекарем, говорите здесь, при всех.

Мудрец улыбнулся отеческой улыбкой, которую он, видимо, отработал за четыреста лет до автоматизма, но улыбка застряла на секунду, потому что за спиной Аскера молча встали остальные.

Варган развернулся ко мне спиной, лицом к толпе и к правителю. Древко копья он воткнул в землю у своей левой стопы, и земля вокруг древка засеребрилась. Тарек скопировал движение отца на полсекунды позже. Кирена подняла топор и положила его на плечо остриём вверх. Горт переложил «дедушку» в одну руку и встал так, чтобы котёл оказался между Мудрецом и мной. Вейла сделала шаг вперёд и встала рядом с Киреной.

Хорус поднялся с колен.

Я не поверил этому сначала. Хорус спорил со мной, обвинял меня в лжи, требовал мой отъезд, сопротивлялся каждому моему решению, касавшемуся общего частокола, но сейчас он поднялся, отряхнул колени и встал за Вейлой, сложив руки на груди.

Десять человек спиной к тому, ради кого они стояли. Лицом к тому, кто мог стереть всю деревню за один вдох.

Янтарные глаза Мудреца дрогнули. Впервые с момента его появления в лесу вчера на закате в них что-то изменилось. Он видел деревни, которые выдавали ему своих за зерно и покровительство. Он видел деревни, которые разбегались перед ним, и не видел деревни, которая встаёт спиной к своему, чтобы закрыть его телом.

Я вышел из-за спин.

Поднял правую руку. Серебряный узор на ладони горел так, что сквозь кожу были видны фаланги. Из мха у ног медленно поднялся второй побег. Горт вкопал его горшок в землю у Обугленного Корня без моей команды. Лист-клинок развернулся и показал узор — тот же, что на моей ладони. Ключ и его копия стояли рядом.

— Правитель. — Я говорил ровно, и голос не дрожал, что удивило меня самого. — Шестое Семя сейчас поднимается по коридору. Я её вывожу. Если вы попытаетесь запустить ускоренный протокол, я обрушу коридор от первого яруса до седьмого. Согласия вашего мне не нужно. У меня есть все семь слов.

Янтарные глаза замерли.

Я видел через Витальное зрение, как его пульс пропустил такт.

— Откуда? — произнёс Мудрец, и в его голосе впервые не было отеческой мягкости. — У тебя не было доступа к архиву Ветви.

— Спящий дал напрямую.

Девять наблюдателей в полукруге за частоколом одновременно сделали полшага назад.

Варган ударил.

Древко копья пошло вниз, и «Серебряная Жила копья» активировалась тем единственным разом, который я ему разрешил. От наконечника, вошедшего в землю, по мху побежала тонкая серебряная волна. Она дошла до сапог Мудреца и остановилась в пальце от них. Это было заявкой на территорию: в радиусе копья Варгана сеть принадлежала деревне, а не лесу.