Книга Системный Алхимик VII, страница 51 – Павел Шимуро

— Рано или поздно мы станем достаточно сильными, чтобы дать отпор, — твёрдо сказал толстяк. — Или погибнем, пытаясь. Но лучше погибнуть в борьбе, чем сдаться без боя, — слышать такие слова от Саймона было для меня большим удивлением. Видно, что наш путь запустил цепочку трансформации и в этом прожжённом торгаше. Хорошо ли это? Однозначно!

Я посмотрел на своих друзей: измученного болезнью, но не сломленного Саймона, древнего и мудрого Малого, и подумал о Байере, который сейчас, наверное, всё ещё сражается на стенах.

— Черт, а вы правы, — сказал им. — Нельзя сдаваться. И у нас есть преимущество — время и знания. Год — это очень много, если использовать его с умом.

— Так какой план? — спросил Саймон, развалившись в кресле.

Я встал и подошёл к окну, глядя на крепость, которая медленно оживала после ночного кошмара.

— Первое — развивать подземный сад. Через месяц весь подвал станет идеальной почвой для выращивания. Мы создадим запас редчайших трав.

— Второе — усовершенствовать препараты. Не просто усиливающие, а трансформирующие. Способные поднять обычного человека до уровня практика, а практика — до небывалых высот.

— Третье — найти способ безопасно развивать дьявольское ядро.

— И четвёртое — подготовить всех. Не только нас, но и других. Чем больше сильных практиков, тем больше шансов выстоять.

— Не кисло ты так планку задрал, малец, — присвистнул толстяк. — Хоть это и звучит невыполнимо, думаю, у нас всё получится, уж больно мозговитая команда вышла!

— Тогда за работу, — я повернулся к ним. — У нас есть год, чтобы не сдохнуть под сапогом демонической мрази, которая спит и видит, как устроить геноцид в этом мире…

Утро застало меня в подвале, где я склонился над разросшимся садом, словно садовник, потерявшийся во времени. Три дня прошло с момента нашего алхимического прорыва, и теперь этот сырой подвал превратился в настоящее чудо, представляя собой живой оазис посреди каменных стен, пропитанный энергией и жизнью.

Я осторожно раздвинул листья небесной лозы, проверяя состояние корневой системы. Растение обвило уже половину подвала, серебристые побеги переплелись в сложный узор, а листья мерцали слабым внутренним светом. Под пальцами чувствовалась влажная почва. Она тёмная как антрацит и с золотистыми прожилками, которые пульсировали в такт с моим сердцебиением.

— Ну что там у нас, красавцы? — пробормотал, поглаживая ствол лунного цветка, который за эти дни вымахал до полуметра в высоту.

Бутоны уже набухли, готовые раскрыться, а воздух вокруг него мерцал от концентрированной небесной энергии. Каждое растение требовало особого подхода, словно живое существо со своими капризами и предпочтениями.

Воспоминания нахлынули сами собой, перенося меня в далёкую деревню среди Великого леса. Помню, как впервые взялся за лопату в доме старого Баруса, не зная толком, с какого конца браться за алхимическое дело. Тогда у меня был крошечный палисадник в виде клочка земли размером с носовой платок, на котором я пытался вырастить хоть что-то съедобное.

— Эх, Барус, — тихо сказал, присаживаясь на корточки рядом с грядкой кроваво-красного женьшеня. — Видел бы ты сейчас этот сад. Наверное, от зависти позеленел бы…

Тогда каждый росток был для меня маленьким чудом. Помню, как сидел часами, наблюдая за тем, как проклёвываются первые листочки самого простого растения, которое можно было использовать для заживления ран, как радовался первому огромному помидору… Теперь же передо мной росли лекарственные травы, которые могли изменить судьбы целых империй, а я обращался с ними так же бережно, как и тогда.