Книга Системный Алхимик VII, страница 49 – Павел Шимуро

Следующие полчаса медитировал, наблюдая за изменениями в теле. Эликсир работал мягко, но эффективно. Я чувствовал, что при регулярном приёме смогу значительно укрепить основу культивации.

— Твоя очередь попробовать? — предложил Саймону, открыв глаза.

— Я? — он замялся. — Но я же не практик…

— Именно поэтому и нужно попробовать, — настаивал в ответ. — Может, это поможет пробудить в тебе способности к культивации.

Толстяк нехотя взял флакон и выпил. Несколько секунд ничего не происходило, потом его лицо покраснело, на лбу выступил пот.

— Горячо… — прохрипел он. — Внутри всё горит!

Я быстро проверил его пульс — он учащённый, но ровный — это нормальная реакция неподготовленного организма на поток энергии.

— Вдох-выдох, вдох-выдох, — инструктировал его, стараясь как можно быстрее успокоить испуганного Саймона. — Не сопротивляйся, пусть энергия течёт свободно, дай ей заполнит каждый клочок твоего тела.

Через несколько минут приступ прошёл. Саймон обессиленно откинулся на спинку стула.

— Это было… Что это вообще было, мать вашу? — выдохнул он. — Но знаешь что? Я чувствую что-то — как будто внутри появились новые… каналы? Дороги? Не знаю, как описать.

— Это могут быть духовные вены, — подсказал ему. — У каждого человека они есть, просто у обычных людей они спят. Эликсир начал их пробуждать.

— Значит, я смогу стать практиком? — в его голосе звучало неверие.

— Хер его знает, дальше видно будет, — честно ответил, пожав плечами. — Это долгий путь. Главное, вылечить тебя, остальное уже будет приятным бонусом.

Упоминание о болезни напомнило мне о главной цели — нужно было найти способ вылечить Саймона. Духовный кристалл лишь замедлял разрушение его тела, но не останавливал процесс полностью.

— Давай попробуем другой подход, — предложил я. — Раз твоё тело разрушается изнутри, нужен препарат, который восстановит клеточную структуру твоих органов.

Следующие несколько часов экспериментировал с различными комбинациями: корень жизни смешивал с экстрактом регенерации из хвоста ящерицы тонкой, добавлял порошок из панциря черепахи-плоской для стабилизации, использовал сок древа вечности для продления эффекта.

Первая попытка провалилась, и смесь просто не соединялась — компоненты отталкивали друг друга. Вторая взорвалась прямо в котле, забрызгав стены зелёной слизью. Третья превратилась в дурно пахнущую кашу, отчего неприятный запах забился в ноздри и не планировал покидать их, пока я полностью не высморкался.

— Может, хватит? — предложил Саймон после десятого провала. — Не хочу, чтобы ты тратил на меня редкие ингредиенты.

— Заткнись, — огрызнулся в ответ, вытирая пот. — Я не сдамся, пока не найду решение.

Проблема была в самой природе болезни Саймона — его тело буквально разваливалось на клеточном уровне, и обычные регенеративные препараты просто не успевали за скоростью разрушения.

— А что, если… — я задумался, глядя на очередную неудачную смесь. — Что, если проблема не в препарате, а в методе доставки?

— О чём ты? — спросил Малой.

— Смотрите, — начал объяснять им, рисуя схему на листе бумаги. — Обычное лекарство попадает в желудок, всасывается в кровь, разносится по телу. Вот только у Саймона процесс разрушения идёт везде одновременно — пока лекарство доберётся до всех поражённых участков, половина уже развалится.