Книга Системный Алхимик VI, страница 58 – Павел Шимуро

— Понял, — кивнул Байер. — Будем рассчитывать силы с запасом.

Двинулись дальше. Километр за километром, час за часом, мы медленно продвигались по заснеженной степи. Пейзаж вокруг практически не менялся — всё та же белая равнина, то же серое небо, те же редкие группы чахлых деревьев вдали.

Монотонность окружения начинала давить на психику. В таких условиях легко потерять ориентацию не только в пространстве, но и во времени. Казалось, будто мы идём уже целую вечность, хотя прошло всего несколько часов.

К счастью, пейзаж начал меняться. Сначала мы стали замечать небольшие вмятины в снегу, похожие на следы прошлых экспедиций. Потом показались первые признаки человеческой деятельности.

— Смотри! — Байер указал рукой вперёд. В его голосе отчётливо слышалась радость.

Прищурился, вглядываясь вдаль, и увидел то, что заставило учащённо забиться сердце. На расстоянии примерно в пятидесяти метрах от нас из снега торчала тонкая палка с привязанным к ней красным лоскутом ткани.

— Флажок! — воскликнул, указывая пальцем вперёд.

Мы подошли к первому маркеру. Это была обычная деревянная палка, воткнутая глубоко в землю. Красная ткань была довольно новой, что говорило о том, что флажок поставили недавно. На самой палке были вырезаны какие-то знаки — стрелка, указывающая направление, и цифра «3».

— Что означает тройка? — спросил Байер.

— Возможно, расстояние до следующего флажка в километрах, — предположил я. — Или номер в последовательности, — стянул воротник потуже и мотнул головой дальше, намекая, что стоит идти дальше и не стоять долго на одном месте.

Действительно, следующий флажок обнаружился ровно через три километра. На нём была вырезана цифра «5» и стрелка, указывающая слегка восточнее нашего текущего курса.

Так, маркер за маркером, мы медленно продвигались по заснеженной степи. Система маркировки оказалась продуманной, ведь каждый флажок указывал направление к следующему и примерное расстояние. Очевидно, кто-то потратил немало времени и усилий, чтобы создать эту навигационную сеть.

Чем дальше мы уходили от крепости, тем более неухоженными становились маркеры. Если первые флажки выглядели свежими, то через несколько часов пути мы начали встречать потрёпанные, с выцветшей тканью и стёртыми надписями.

Третий час пути принёс ещё одно открытие — в снегу начали попадаться тёмные пятна. Похоже, это места, где когда-то пролилась кровь. С виду они были старые, заметённые последующими снегопадами, но всё же различимые.

— Похоже, прошла кровавая битва, — констатировал Байер, внимательно осматривая одно из таких мест. — И судя по количеству крови, полегло много народу… Вот только трупов нет.

Не став акцентировать на этом внимание, мы пошли дальше, замечая всё больше и больше следов прошедших битв.

В некоторых местах снег был перерыт, словно здесь происходила яростная схватка. Кое-где валялись обрывки одежды, обломки оружия, другие следы бойни не на жизнь, а на смерть.

Четвёртый час пути оказался самым тяжёлым. Ветер усилился, температура упала ещё ниже, но хуже всего было влияние на энергию — я заметил, что Ци внутри моего тела стала циркулировать ещё медленнее. Если в начале пути замедление составляло примерно в два раза, то теперь — почти в три.

— Как дела? — прокричал я Байеру, перекрывая вой ветра.