Книга Чайный Мастер. Том 2, страница 26 – Ярослав Мечников, Росс Никулин

И потер переносицу, когда с улицы раздался уверенный, наглый голос:

— Эй! Хозяин! Принимай гостей!

— Ну, хозяин, открывай, я знаю, что ты здесь!

В дверь грохнуло с такой силой, что я подумал: еще пара таких ударов, и нужно будет чинить еще и ее.

Минк напрягся сразу. Подался вперед, ладонью накрыл горшок с Молниевым корнем и быстро глянул на меня.

— Ты кого-то ждал?

Лира выглянула из кухни, держа в руке плошку, а на плече у нее сидел Рау. Я шикнул на него и поднялся на ноги. Спина после ремонта тут же отозвалась болью.

— Нет, не ждал, — хотел я его успокоить, но только больше взволновал.

— Если у тебя каждый гость такой, то тебе нужны двери покрепче, — прошептал он. — Куда корень девать?

— Убери на стойку. И не делай такое лицо, словно нас уже режут.

Минк нахмурился, но горшок подхватил. Поставил за стойку, прикрыл старой тряпкой и еще ладонью сверху прижал, что смотрелось подозрительно. Парень все еще косился на дверь.

В дверь снова грохнули кулаком, заставив ее заскрипеть.

— Тинг! Если ты там помер от собственного чая, то я дверь выбью, и не жалуйся потом!

Я только усмехнулся. А наглости у него не поубавилось с прошлого раза. Пошел открывать.

Дверь подалась почти бесшумно. И на пороге возник Рован. Все такой же здоровый, каким я его запомнил в день нашей встречи. Борода густая, темная, дорожная одежда в пыли, на груди вышит знак Гильдии Алхимиков. Через одно плечо перекинута походная сумка, за вторым — корзина, такая большая, что с ней можно было переносить половину нашего сарая, если хорошо уложить.

И улыбка во все зубы. Чуть ли не от уха до уха.

Рядом с ним стоял мальчишка лет десяти. Щуплый, в чистой куртке, с аккуратно затянутым поясом. За спиной тоже корзина, но в разы меньше, чем у Рована. А держался мальчишка прямо, и при этом смотрел не на меня, а на лавку.

— Ты бы еще дверь мне выломал, здоровяк, — сказал я и сам расплылся в доброй улыбке, когда Рован расхохотался.

Не знаю почему, но обрадовался я этому добродушному здоровяку, как старому знакомому. То ли из-за слишком утомительного дня, то ли из-за того, что Рован был первым человеком в этом мире после Минка, кто помог мне. Он, при всех своих алхимических хитростях и торговой жилке, оставлял после себя ощущение человека, который и мухи не обидит.

— Заходи, гость.

— Вот это другое дело! — Рован подтолкнул мальчишку первым и шагнул следом, пригнув голову в дверях, хотя пригибаться было не от чего. Но при его росте это нормальная привычка.

— Если дверь скрипеть начнет после твоих «похлопываний», я тебе счет выставлю, — усмехнулся я, пожимая огромную лапу.

— Растешь, Тинг, растешь, — хохотнул он и скинул сумку возле двери.

Половица под немалым весом жалобно скрипнула. А мальчишка замер у дверного косяка, прижав ремень корзины к груди.

— Ну-ка, дай осмотрюсь, — пробасил Рован.

Хмыкая в бороду, он посмотрел на ровно висящую вывеску через открытую дверь, прошелся по чистому полу, мазнул взглядом по подбитым доскам крыши, провел огрубевшими пальцами по гладким столам, с которых Лира утром выгнала последние следы грязи. Потом снова поднял взгляд к крыше.

— А ведь живее стало, — покивал он. — Хорошо. Очень хорошо. Стойку бы еще подлатать, да фонарей по углам повесить, и вообще чудо будет.