Онлайн книга «Укротитель Драконов 2»
|
[Принятое решение пересматривает КРАЙНЕ редко.] [— Осторожность: крайне высокая в незнакомой среде.] [В знакомой среде (своя территория) — крайне НИЗКАЯ.] [Зверь на своей территории не отступает. Никогда.] [— Доминантная мотивация: БЕЗОПАСНОСТЬ и ТЕРРИТОРИЯ.] [Каменный определяет «своё» быстро (2–6 часов] [в новом пространстве) и защищает до смерти.] Текст шёл дальше, строка за строкой, и я читал на ходу, спотыкаясь о неровности камня. [Поведение в неволе (клетка/арена):] [— Первые 48–72 часа: активная агрессия.] [Бьёт стены, решётку, пол. Пытается расширить] [пространство физической силой.] [— После 72 часов: переходит к обороне.] [Занимает угол, выбирает позицию с максимальным обзором.] [Атакует только при вторжении в периметр (8–10 м).] [— Критическая особенность: Каменный НЕ БЕЖИТ.] [В замкнутом пространстве при угрозе идёт ВПЕРЁД.] [Давит массой. Прижимает к стене.] Это я уже видел. Там, у клетки. Зверь не метался как Багряный. Он бил решётку целенаправленно, в одно и то же место, пытаясь продавить. [ПРОГНОЗ ПОВЕДЕНИЯ: конкретная особь] [Самец, взрослый, пойман 48–72 часа назад] [Физ. состояние: полная сила, без серьёзных повреждений] [При переносе на арену (открытое пространство):] [— Вероятная реакция: дезориентация (15–40 секунд),] [затем НЕМЕДЛЕННОЕ определение территории.] [Зверь будет защищать арену.] [— Агрессия к человеку на арене:] [ВЫСОКАЯ (91 %+ при текущих показателях)] [— Вероятный паттерн атаки: лобовая.] [Каменные не обходят. Не хитрят. Идут напрямую.] [Масса + скорость + инерция.] [ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Каменные дрейки — разумные существа.] [Индивидуальные решения данной особи могут] [НЕ СОВПАДАТЬ с моделью. Прогноз — вероятность,] [не гарантия.] Я не успел дочитать. Горб взял меня за локоть и потянул вбок, прочь от общего потока. Мы свернули в обход ворот, вдоль стены, и вышли к низкому проёму, который я узнал. Тот самый. Узкий вход в тот самый каменный коридор, освещённый чадящими факелами. Запах гари, сырости и страха. Запах, который, оказывается, впечатался в память тела. Внутри уже было полно народу. Их набили в коридор, как селёдку в бочку. Пятьдесят, может шестьдесят человек в серых рубахах, только что натянутых поверх чужой жизни. Стояли вплотную друг к другу, плечо к плечу. Молодые парни, в основном. Широкоплечий детина с разбитой губой тупо смотрел в стену. Рядом мальчишка, лет пятнадцати на вид, кусал костяшки пальцев, глаза мокрые. Две девушки жались друг к другу у дальней стены. Мужик постарше, лет тридцати, с перебитым носом и спокойным, каменным лицом, стоял отдельно, скрестив руки. За ним ещё один, тощий, с бегающим взглядом, который шарил по коридору, подмечая выходы, Псарей, расстояния. Кто-то шептался. Тихие, лихорадочные голоса, обрывки слов. — … говорят, один из двадцати выходит… — … заткнись, заткнись, не хочу слышать… — РАЗГОВОРЫ! — рыкнул Псарь от стены, и шёпот захлебнулся. Лица. Десятки лиц. Страх на них сидел по-разному. У кого-то глаза стеклянные, пустые, уже отключился внутри. У кого-то челюсть ходит ходуном, зубы стучат, и непонятно, от холода или от того, что внутри всё трясётся. Один парень, коренастый, с квадратной головой, сжимал и разжимал кулаки, ритмично, будто качал невидимый насос. Будто готовился, решил, что будет драться. |