Книга Системный Кузнец VIII, страница 65 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Он ткнул пальцем в центр круга, где схематично изображено скопление могил.

— Это клетка — барьер подавляет их ядра. Внутри Кольца они спят, потому что давление снаружи выше, чем голод внутри. Но стоит пробить брешь…

— … давление падает, и они просыпаются, — закончил я мысль.

Вальдар скосил на меня глаз и кивнул.

— Вроде того. Они текут к пролому, как вода в дыру.

Я присмотрелся к схеме.

— Разные материалы, — отметил, указывая на пометки рядом с узлами. — Здесь камень, а здесь… дерево?

— Два Якорных Столпа, — староста постучал по квадратам. — Гранит и кварц. Они держат костяк, задают структуру. А вот эти пять — Связующие Вехи. Мертвый дуб.

— Зачем? — не удержался Брок. — Камень же крепче. Деревяшку любой мертвяк перешибет.

— Камень жесткий, — ответил Вальдар тоном наставника, уставшего от бестолковых учеников. — Ударишь по камню силой — он треснет. Энергия смерти на холме пульсирует, она «дышит». Если сделать барьер только из камня, его разорвет при первом же приливе. Дерево гибкое — оно пропускает микропотоки, перераспределяет нагрузку. Барьер не стоит насмерть — он гнется под ударами, спружинивает.

«Компенсационные швы», — перевел для себя. — «Арматура и бетон. Жесткость и упругость в одной системе. Древние маги знали сопромат лучше, чем кажется».

Логика конструкции внушала уважение — это не грубая сила, а инженерное решение. Но любое решение ломается, если в механизм влезает дилетант с ломом.

— Где прорыв? — спросил, поднимая взгляд на старосту. — Какое звено вылетело?

Лицо Вальдара потемнело — старик убрал руку со схемы.

— Я не знаю.

В комнате повисла тишина.

— В смысле — не знаешь? — Брок нахмурился, почесывая рукоять топора. — Ты ж сказал, барьер — это музыка. Нота… фальшь…

— Я слышу фальшь, но не вижу, где именно, — жестко ответил старик. — Я прикован к этой деревне — мои глаза остались на холме, и они пропали или мертвы.

Староста тяжело вздохнул, и плечи его опустились.

— Но я знаю своего сына.

Вальдар снова ткнул пальцем в карту — в нижнюю часть, где обозначены Южные Врата, вход на холм. Два квадрата — Якорные Столпы.

— Алекс не самоубийца, — произнес он глухо. — Он хотел поймать цзянши, а не выпустить армию. Ему нужен был проход, достаточно широкий для тележки, но достаточно узкий, чтобы контролировать поток. Он не стал бы трогать Связующие Вехи — они в глубине периметра, там опасно. Он пошел бы через главный вход.

Палец старосты уперся в правый квадрат у Южных Врат.

— Правый Якорный Столп стоит ближе всего к тропе.

— Вы думаете, он его разрушил? — спросил я. — Разбил камень?

— Нет, — Вальдар покачал головой. — Алекс — алхимик, он знает цену вещам. Он не стал бы крушить древний артефакт. Скорее всего… он попытался его приглушить. Ослабить привязку. Сковырнул часть канавки, залил ее чем-то, нарушил резонанс.

— Только поток оказался сильнее, чем он думал, — подытожил я.

— И барьер сорвало к чертям, — добавил Брок.

— Именно, — кивнул староста. — Руна не уничтожена, но она «кровоточит». Энергия утекает, контур разомкнут. Нужно найти повреждение, зачистить его и перезарядить.

Я прикинул масштаб задачи. Найти повреждение на камне в тумане, под носом у мертвецов…

— Значит, план такой, — подал голос усатый. Охотник перестал хмуриться — задача обрела понятные очертания. — Ищем камень, который треснул или заляпан какой-то дрянью. Кай его скребет своим ножичком, я даю пинка своей энергией, и мы валим оттуда. Так? А, ну и по пути пытаемся найти твоих людей.