Книга Системный Кузнец VII, страница 3 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— Я чувствовал подобное лишь однажды, — он говорил медленно, будто вспоминая. — Когда вскрывал труп существа, умершего от Скверны, но это было… — пауза. — В тысячу раз слабее.

Тишина повисла в коридоре, только эхо далёких криков — где-то в замке люди приходили в себя после удара. И вой метели за узкими окнами-бойницами. Белая мгла снаружи, и холод, который, казалось, усилился после выброса.

Я посмотрел на камень в руках — пористый Эфирит пульсировал спокойно. Вита-частицы внутри не пострадали, или пострадали? Нужно проверить.

[Пористый Эфирит: Статус]

[Заряд: 95 %]

[Структура: Стабильна]

Облегчение — хотя бы камень уцелел.

Хью медленно поднялся с колен, опираясь на стену — лицо было мелово-белым, губы синеватыми.

— Предки… — прошептал старик. — Что же это было?

— Это связано с ней, — услышал я собственный голос — слова вышли сами, до того как успел их обдумать. — С Матерью Глубин.

Все повернулись ко мне.

— Откуда знаешь? — Гюнтер смотрел с недоверием и надеждой одновременно.

Я отпустил Серафину, убедившись, что девушка твёрдо стоит на ногах. Она отступила на шаг, поправляя одежду, возвращая маску аристократической сдержанности.

— Чувствую, — ответил ему. — Эта энергия… похожа на то, что было во время заклятья «Вечного Сна», на то, что исходило от тварей в шахте, когда бывал там. Только намного сильнее.

— Значит… — Гюнтер сглотнул, на лице читалась надежда — Значит, она… мертва? Барон победил?

Я хотел сказать «да», дать надежду, которой люди так жаждали, но не смог.

— Не знаю, — честно ответил. — Такой выброс… либо она умирает, либо становится чем-то ещё.

— Чем-то ещё? — переспросила Серафина. Голос звучал чуть хриплее обычного. — Что ты имеешь в виду?

Я покачал головой.

— Не знаю.

Тишина, только вой метели за стенами и потрескивание ламп, которые вернули нормальный цвет.

Посмотрел на спутников.

«Мои люди», — подумал неожиданно. — «Они стали моими людьми».

И я должен вести их дальше, несмотря ни на что.

— Все целы? — спросил я.

Кивки один за другим.

— Тогда идём, — развернулся к тёмному коридору впереди. — Времени у нас, быть может, стало ещё меньше.

Никто не двинулся с места. Я обернулся. Мастера стояли там, где застала тряска — бледные и потрясённые. Даже Гюнтер, который обычно первым рвался вперёд, будто прирос к полу.

— Идём, — повторил я. — Времени нет.

— Подожди, — Гюнтер поднял руку, голос звучал хрипло, будто мужчина только что проснулся. — Дай хоть отдышаться. Какого беса это было? Демоническая Ци, говоришь? — Он повернулся к Ориану. — Объясни толком, алхимик. Откуда эта дрянь взялась? У нас под ногами демон проснулся?

Мертвенно-бледное лицо Ориана казалось ещё белее в тусклом свете ламп.

— Демон? Нет, — алхимик качнул головой. — Демоническая Ци — это не демон, а отходы. Энергетический шлак, который остаётся, когда что-то умирает, или рождается заново.

— Яснее! — рявкнул Гюнтер. — Я не алхимик!

Ориан скривил губы.

— Представь, что ты плавишь металл, — сказал алхимик терпеливо. — Когда сплав готов, остаётся шлак — ненужное, грязное, то, что выгорело или не соединилось. Демоническая Ци — это шлак от… — мужчина замялся, подбирая слова, — от существования чего-то, что не должно существовать, и эту Ци можно использовать в различных ритуалах.