Книга Системный Кузнец VII, страница 123 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— Пошли! — скомандовал офицер.

Стук копыт загремел по тракту, удаляясь. Зеленые плащи превращались в размытые пятна, пока не скрылись за поворотом.

Мы остались одни — тишина навалилась внезапно. Пыль, поднятая копытами патруля, оседала на влажную дорогу. Моя рука еще поднята в прощальном жесте, а губы свело судорогой от идиотской улыбки. Стояли так, пока топот копыт окончательно не растворился в гуле, сменившись щебетом птиц.

— Всё, — глухо бросил Брок.

И в тот же миг маска «дядюшки Горна» сползла с лица, как старая змеиная кожа. Плечи, до того сутулые и жалкие, распрямились. Угодливая гримаса исчезла, сменившись выражением брезгливости.

Охотник смачно сплюнул вслед уехавшим всадникам.

— Ублюдки срединные… — прорычал тот, голос изменился кардинально — вернулась хриплая жесткость ветерана.

Усатый стоял, сжимая кулаки и смотрел на пустую дорогу взглядом человека, который выбирает место для удара топором.

— Напомаженные твари, — процедил Брок сквозь зубы. — Сидят на своих гладких задницах, жрут белый хлеб и думают, что лучше нас. Думают, мы — скот из стойла, который только и годен, что уголь рыть да дохнуть за их спокойствие.

Я молчал, пораженный переменой — передо мной стоял не шут, а загнанный в угол зверь, который только что избежал капкана и жаждал крови.

— «Дикари», — передразнил Брок интонацию командира с ядом в голосе. — Видел его глаза, Арн? Он смотрел на нас как на грязь под ногтями. Так бы и вырезал всех… От командира до последней шавки.

Видел, как подрагивают его пальцы. Брок реально оценивал шансы и, кажется, жалел, что не пустил оружие в ход. Но затем, словно кто-то щелкнул переключателем, ярость отступила. Охотник выдохнул, плечи опали, на морщинистом лице проступила знакомая ухмылка.

— Хотя… — усатый почесал нос, в глазах заплясали бесы. — Может, и потерпел бы их, ублюдков. Ради баб здешних. Ты слышал, что он сказал? «Помягче». Эх… Грудастых таких, чтоб тестом пахли, а не гарью…

Мужик хохотнул. Я смотрел на него, внутри что-то перевернулось. Все эти дни воспринимал Брока как ворчливого и циничного наемника, полезного, но простого — ошибся. Под грубой оболочкой, под маской шута и балагура скрывался матерый волк. Умный, битый жизнью, способный менять шкуры по щелчку пальцев. Шутом — для врагов, чтобы не видели угрозы, клинком — для тех, кто рискнет подойти слишком близко.

Вот почему Йорн держал его при себе — не за силу, а за ум и изворотливость. Там, где прямой как стрела Йорн сломался бы о стену, Брок просочился бы водой.

Я сделал шаг вперед и молча хлопнул его здоровому плечу — Брок дернулся, но не отстранился, лишь зыркнул исподлобья.

— Хороший был спектакль, — сказал тихо, вкладывая в слова уважение. — Ты нас спас.

Брок фыркнул, отводя взгляд.

— Спектакль? — мужик криво усмехнулся, пнув придорожный камень. — Я правду говорил, малой — каждое слово. Про снег, про грязь, про тоску эту зеленую… Смешно им, видишь ли. А нам с этим жить.

Усатый помолчал секунду, а потом тряхнул головой.

— Ладно, хватит сопли жевать. Выбрались и слава Духам. Давай, мастер, залезай назад. До деревни рукой подать. Там разберемся.

Я кивнул и направился к повозке, но рука нащупала край кожаной сумки. Золото — пять тяжелых монет, чуть не стоивших нам жизни.

«Нельзя так больше», — пронеслась четкая мысль. — «Сегодня повезло. Попался дурак и командир, которому было лень возиться. В следующий раз могут просто дать по голове и обшарить трупы». Срочно нужен тайник.