Книга Системный Кузнец VI, страница 54 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Изменил тактику.

Вместо того, чтобы вести камень вдоль всей грани, разбил каждую на три сектора: нижний (без якорей), средний (с тремя якорями) и верхний (ближе к острию). Нижний обрабатывал свободными движениями — камень скользил легко и без препятствий. В среднем секторе работал точечно, обходя каждый шип, как препятствие на дороге. Верхний — снова свободно, но с осторожностью, потому что острие требовало ювелирной точности.

Время текло незаметно.

Масляная лампа на стене мигала, отбрасывая на стены пляшущие тени. За окном — беззвёздная ночь, лишь далёкий отсвет факелов на стенах замка. В Ротонде было тихо.

С горем пополам закончил грубую заточку. Отложил песчаник, вытер лоб тыльной стороной ладони, пальцы ныли от напряжения — сжимал камень слишком сильно, пытаясь контролировать каждое движение.

Провёл подушечкой большого пальца по кромке первой грани — ещё грубо, но форма уже есть. Режущая кромка проступила как контур в утреннем тумане, но уже различимая.

— Второй этап, — пробормотал под нос.

Потянулся к среднезернистому камню. Сланец — тёмно-серый, почти чёрный, со слоистыми прожилками, мягче песчаника, но зерно тоньше, позволял убрать грубые царапины от первого этапа.

Полил камень водой, приложил к первой грани. Первое движение, и я замер — по лезвию пробежал золотисто-серебристый всполох, как северное сияние, только крошечный — вспыхнул и погас там, где камень коснулся металла.

Повёл камень снова — опять вспышка, но на этот раз длиннее, словно световая нить протянулась вслед за движением.

«Зрение Творца» активировалось само собой, и я увидел, что в глубине структуры металла пульсировали искры — остатки души Кирина, которые удалось спасти во время ковки, и каждый раз, когда камень касался поверхности, те откликались. Будто зверь, притаившийся внутри, отзывался на прикосновение.

Продолжил работу, не отрывая глаз от клинка. Камень скользил, вода стекала, а по металлу бежали волны золотистого света — следовали за моими движениями, повторяли траекторию камня, словно дух Кирина сопровождал каждый жест. Завораживающее зрелище. В какой-то момент засмотрелся настолько, что рука дрогнула. Камень соскочил с кромки и ударил по одному из якорей — тому, что крепился ближе к середине грани.

Быстро осмотрел место удара, ожидая увидеть царапину, скол, хоть какой-то дефект. В обычной стали такой удар оставил бы след — сбил бы заточку на кончике шипа, возможно, даже загнул бы, но на якоре не было ничего — ни царапины, ни вмятины — поверхность оставалась такой же гладкой, какой была после полировки.

[Анализ структуры:]

[Ударное воздействие: 0.7 Дж.]

[Повреждения: Не обнаружены.]

[Примечание: Магически активированный сплав «Звёздная Кровь» обладает аномальной устойчивостью к механическим повреждениям на микроуровне. Структура металла укреплена эссенцией Кирина.]

Выдохнул с облегчением и улыбнулся.

— Крепкий ты зверь, Кирин, — сказал вслух, обращаясь к клинку. — Прости за неосторожность.

Металл мерцнул в ответ, или просто показалось.

Вернулся к работе. Теперь двигался ещё осторожнее, но страх повредить клинок отступил — металл был не просто прочным, а живучим, как сам зверь, чья душа жила в нём.

Среднезернистый камень занял около двух часов — когда закончил с ним, острие приобрело настоящую остроту. Отложил сланец, потянулся за кувшином с водой. Сделал несколько глотков, смачивая пересохшее горло. Руки ныли, но это была приятная усталость человека, который видит, как работа обретает форму.