Книга Системный Кузнец V, страница 98 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Старик стоял, охваченный пламенем, смотрел на меня и улыбался — в глазах читалось торжество.

— Видишь? — прошептал мужчина голосом, который не должен был слышаться сквозь рёв огня. — Вот что значит быть истинным кузнецом. А ты…

Мастер не договорил — пламя взвилось выше, поглощая лицо, и на мгновение увидел под обугленной кожей чёрную, бездонную пустоту.

— Мастер Гуннар! — бросил кнут, швырнув прочь, и побежал.

Ноги отказывались слушаться — шаг, ещё шаг. Горящая фигура становилась всё ближе, или я становился всё дальше? Пространство искажалось, растягивалось и сжималось.

Споткнулся обо что-то невидимое и рухнул на раскалённый камень. Руки обожгло — боль пронзила от ладоней до локтей.

— Жалкое зрелище.

Женский голос.

Поднял глаза и увидел над собой Клариссу.

Девушка стояла, глядя на меня сверху вниз — обнажённая, с телом цвета угля, по которому бежали светящиеся узоры татуировок. Золотые глаза горели насмешкой.

— Аш-Шариб, — произнесла она, растягивая слово. — Пьющий Ветер — вот он, наш спаситель. Лежит в грязи и не может подняться.

Я дёрнулся, пытаясь встать — тело не слушалось, всё онемело, словно был парализован.

Кларисса склонилась надо мной — от неё пахло цветами и гарью, губы изогнулись в улыбке.

— Ты думал, что особенный? — шепнула мне. — Думал, что можешь что-то изменить? Ты — просто игрушка, мальчик. Игрушка в руках тех, кто сильнее.

Выпрямилась и засмеялась — смех был мелодичным, но в нём звучало что-то жуткое — будто колокольчики, звучащие не в унисон.

Рванулся всем телом, пытаясь пошевелить хоть чем-то, паника захлестнула — первобытный ужас беспомощности.

Двигайся! ДВИГАЙСЯ!

Пальцы дрогнули, рука напряглась.

Мир раскололся.

Я проснулся рывком.

Тело подбросило на кровати, как от удара — руки судорожно хватанули пустоту, ища опору. Сердце колотилось в груди, как бешеный молот, отдаваясь пульсацией в висках.

Темнота. Тишина и запах дыма.

Нет, не дыма — гари.

Рывком сел на краю кровати, пытаясь сориентироваться. Глаза постепенно привыкали к темноте, выхватывая знакомые очертания: стол, дверь.

Моя комната, я в безопасности. Но запах… Откуда запах гари?

Опустил взгляд вниз и замер.

Одеяло тлело прямо там, где секунду назад лежали мои руки. Тонкие струйки дыма поднимались от ткани, а под ними проступали багровые пятна — не огонь, но жар, достаточный, чтобы прожечь шерсть.

— Твою… — выдохнул и схватил одеяло, прижимая тлеющие участки к телу.

Несколько секунд борьбы — и огонь сдался, оставив после себя обугленные дыры и едкий запах.

Бросил испорченное одеяло на пол, руки дрожали.

Только теперь заметил, что всё тело покрыто потом. Волосы мокрые, как после купания.

А ещё… свечение.

Поднял правую руку, разглядывая в темноте. Кожа светилась — едва заметно, тусклое оранжевое сияние, словно под эпидермисом тлели угли.

Дыхание было сбитым и прерывистым. В горле пересохло, голова гудела.

Встал на ноги — качнуло, пришлось схватиться за стену. Ноги подкашивались, как после долгого бега.

Это был просто кошмар, но свечение и тлеющее одеяло…

Посмотрел на руку снова. Свечение не угасало — наоборот, казалось, становилось ярче, и пульсировало в такт сердцебиению.

Тревога накатила волной — не за себя, а за Гуннара.

Как старик там, внизу? Жив ли? Здоров ли?

Вспомнил лицо из кошмара — искажённое и горящее, вспомнил, как тот опустил руку в огонь. Вспомнил пустоту под обугленной кожей.