Книга Железный Ворон 2, страница 10 – Ярослав Мечников

Родион Голицын: Его лицо побагровело так, что я испугался, как бы его не хватил удар. «Настя»⁈ Он сжал кулаки и сделал шаг ко мне, но его сестра остановила его едва заметным движением руки.

Вера Оболенская: Её лицо застыло. Улыбка исчезла. Она привыкла быть в центре внимания, а я только что публично, на глазах у всех, показал, что она для меня — пустое место. Я видел в её глазах вспышку настоящей, холодной ярости. Я нажил себе ещё одного врага.

Анастасия: Она замерла, как ледяная статуя. Её маска непроницаемости была безупречна, но я «видел» её эфирное поле. Оно трепетало, как пламя на ветру. Шок. Недоумение. И… что-то ещё. Что-то, чего я не мог понять.

Она медленно, очень медленно, кивнула.

— Да, Алексей, — ответила она ровно, принимая мою фамильярность и возвращая её.

Она сделала шаг от своей компании и подошла ко мне.

— Я тебя слушаю.

Мы стояли в центре площади. Вдвоём. Под пристальными, полными ненависти и изумления, взглядами всей «золотой молодёжи» Академии.

— Давай-ка отойдём немного.

Я взял её под руку. Жест был собственническим, защитным и в то же время неформальным. Она не сопротивлялась. Мы отошли на несколько шагов от фонтана, оставив её разъярённого брата и униженную «подругу» позади. Их ненавидящие взгляды буквально сверлили нам спины.

— В общем… по поводу нашего расследовани, — начал я, понизив голос. — Я просто хотел поставить тебя в курс дела.

Тут мне пришла мысль. Проверим, как далеко зайдут мои сведения, если я ей всё расскажу. Проверим, можно ли ей доверять на самом деле.

Я наложил на себя «Маску Покоя», делая лицо непроницаемым.

— Шуйский. Тот, Костя, что погиб. Он лазил на встречи с представителями «Химер» через усыпальницу Шуйских, на старом кладбище за Академией. Я сегодня собираюсь туда.

Я посмотрел ей в глаза.

— В полночь. Проверю, может, остались какие-то следы.

Я сделал вид, что это просто отчёт напарнику.

— Просто держу тебя в курсе. По поводу расследования. А ты… ты ничего не узнала?

Она выслушала меня, не перебивая. Её лицо было скрыто такой же ледяной маской, как и моя, но я «чувствовал», как напряглось её эфирное поле. Мои слова произвели на неё эффект.

— Усыпальница Шуйских… — проговорила она задумчиво. — Это логично. Старое кладбище — место силы. Идеально для тёмных ритуалов. И оно практически не охраняется.

Она подняла на меня свои серые глаза.

— Это очень опасно, Воронцов. Ты пойдёшь один?

Её вопрос был прямым. Она не отговаривала. Она оценивала риски.

— А по поводу информации… — она на мгновение замялась. — Я узнала. Кое-что. Тот выживший «Химера», которого допрашивал мой отец… он исчез. Сегодня утром. Из закрытой камеры в подземельях нашего Родового гнезда. Никаких следов взлома. Он просто… испарился.

Она смотрела на меня, и в её взгляде я увидел… тревогу.

— Кто-то очень могущественный заметает следы. И этот кто-то, возможно, гораздо ближе, чем мы думаем. Твоя вылазка на кладбище сегодня… она может стать ловушкой.

— Об этой вылазке в полночь никто не знает, — сказал я с уверенной улыбкой и подмигнул ей. — Всё будет хорошо. Я буду очень осторожен.

Я не отпустил её руку, которую держал, а наоборот, нежно погладил её холодные пальцы своей ладонью.

— Ты можешь быть со мной помягче, — сказал я тихо, так, чтобы слышала только она. — Даже когда рядом кто-то есть. Ты ведь понимаешь… теперь мы связаны.