Книга Проект: «Возмездие» Книга 9, страница 83 – Игорь Маревский

Позади находилась конусовидная камера, заполненная густым дымом, где обычно старик проводил по несколько лет, просыпаясь лишь для принятия катастрофически важных решений для всей корпорации. Обычно протокол пробуждения занимал порядка трёх суток, но в этот раз техникам удалось справиться за двадцать шесть часов, что сказывалось на состоянии старейшего главы корпорации.

Хасанаги-младший сглотнул, всё ещё не привыкнув видеть отца в качестве живой мумии, и уверено перешагнул порог. Техники, не обращая внимания на нынешнего главу, продолжали заниматься очищением тела старика, сбрасывая вязкие и желеобразные отходы в переносные утилизационные контейнеры.

— Где совет? — заговорил первым старик, чей голос был необычайно низок для человека его возраста. — Или ты пришёл навестить своего любимого отца до официального заседания?

— Совет не знает о твоём пробуждении, достопочтенный отец, — поклонившись, ответил мужчина.

Хасанаги-старший кивком приказал всем выйти, а сам, не в силах покинуть собственный саркофаг, откинул голову на мягкую подставку и медленно выдохнул. Всё это время его сын стоял склонившись, так и не услышав приказа поднять голову. Его предшественник явно хотел, чтобы тот прочувствовал момент, но более всего пытался понять, почему его пробудили без ведома совета. Из внутреннего отсека саркофага под механическое жужжание моторчика показалась пластиковая трубка. Старик зажал её между подсохших губ и медленно вытягивал питательный раствор, который требовался его заспанному организму для функционирования вне камеры.

— Объяснись, — коротко приказал тот, разрешив наследнику поднять голову.

Мужчина выпрямился, явно испытывать смесь стыда и гнева за то, что его, будто школьника, заставили стоять скрючившись, и, поправив костюм, ответил:

— Мне требуется твой совет и твоя мудрость, отец, так как речь пойдет о временах, когда я ещё не занимал кресло главы моей корпорации.

На последнем слове Хасанаги младший ощутил, будто сердце сжала невидимая рука, заставляя невольно скорчится и беззвучно застонать. Однако приступ длился недолго. Вскоре мощная нейронная атака отпустила, напомнив тому, кто на самом деле является главой целой и единственной империи.

— Тот факт, — заговорил старик, медленно выдыхая после глотка питательного раствора. — Что ты меня пробудил для личного совета, означает, что я не справился как отец. Мой наследник никогда не стал бы тревожить меня, сумей он сам разобраться в делах, которые не требуют моего вмешательства. Но раз уж мне пришлось пробудиться, то будет расточительно не выслушать, какие такие проблемы заставили его пойти на столь радикальный поступок.

Всё время, пока он говорил, старик смотрел не на собеседника, а сквозь него. Наследнику даже показалось, будто его взгляд направлен куда-то выше, словно за его спиной находился человек на две головы превышающий его в росте. Эта мысль заставила содрогнуться, так как разум инстинктивно приписал безликую фигуру загадочному Курьеру. Хасанаги едва сдержал нарастающий порыв, не стал оборачиваться и перешёл к сути:

— За последние два месяца система несколько раз сбоила. До меня дошли отчёты, что в коде ошибки часто упоминался один и тот же «Курьер», однако ни в логах, ни в данных сервера не были обнаружены даже отсылки к этому термину. Никто во всём Городе не знает, что это может означать, и лишь ты… Ты тот, кто может пролить свет на происходящее. Я бы не стал тебя пробуждать, отец, но вопрос касается не только меня лично, но и системы в целом.