Книга Три Царя, страница 162 – Игорь Маревский

Выкатили первые блюда. Царский судак, богато приготовленный в белом вине с тоненькими дольками лимона и лайма, украшенный легким летним салатом в оливковом масле. Запеченный фазан с яйцами перепела, поразил гостей, как только они его увидели, и тут же принялись обсуждать сервировку. Говядина в цитрусах, свинина в меду, баранина в остром соусе, наполнили тронный зал палитрой своего аромата. Мидии в сливочно чесночном соусе с двумя вариациями белого и красного вина. Крупная туша кабана камнеступов, что еще этим утром бегал по пескам Золотого Моря, буквально светился золотисто бурой корочкой. Меридинские сочные креветки, фокрунский жирный лосось, древолюдские дикие травы. Божественный черепаший суп чертяг и несколько блюд простых деревенских сырников. Блюда кухонь, собранных со всего царства, появлялись одно за другим, и казалось, не было видно им конца. Всё это, и многое, многое другое постепенно заставило три огромных стола, выстроенных полукругом. Гости пускали слюну, но учтиво держали марку. Слуги с прямой выдрессированной осанкой заносили их, по определенному кругу, давая возможность гостям насладиться букетом запахов.

— Кабанчик хорош, упитанный, мясистый, не находите?

Дэйна обернулась на голос и увидела мужчину с седыми висками и крепким телосложением. По вышивкам и гербу на его камзоле, она сразу поняла, что незнакомец прибыл из Меджьего. На вид он был, как и многие представители тех земель: высокий, хорошо слаженный и с выдающимся широким подбородком. Он прошелся рукой по гладковыбритому лицу и посмотрел на неё.

— На моё мнение, охотнику стоило целиться лучше или использовать другое оборудование. Хоть при готовке глаза деформировались и трудно заметить повреждения от раны, я бы использовал стрелу, заговоренную руной Стрибога, из перемолотых рогов козла или, на крайний случай, сбалансированную иглу иглопуза. Тонкое, хирургическое и безболезненное убийство животного.

— Интересная техника, госпожа… — он склонился в приветствии.

— Дэйна. Дэйна Брихнилд, и боюсь вас разочаровать, уважаемый воевода, при вашем статусе, я не госпожа.

— Вы правы, извольте меня простить, однако позволю себе небольшую ремарку. Быть может при дворе Солнцеликого подобная градация знати считается нормой, и я при всем моём почтении это уважаю, однако в Меджье, леди, что может завалить кабана стрелой из иглы иглопуза, именуется госпожой.

Дэйна улыбнулась, а на её щеках засверкал предательский румянец.

— Боюсь и здесь я вас огорчу, — произнесла она, поправляя золотистые волосы. — Леди, что стоит перед вами, не способна на подобный выстрел.

— Но явно не понаслышке знакома с битвой и охотой, я ведь прав? — в глазах воеводы сверкнул блеск интереса.

— Это правда. Вы, как полагаю, уже поняли, что родом я из Мидсхваля, поэтому некоторые аспекты охоты и битвы мне известны, но опять же, к моему величайшему сожалению не более.

Мужчина покачал головой, поправляя свои местами поседевшие волосы.

— За что же вы со мной так бессердечно, госпожа? Вы приманили моё внимание своей теорией об охоте на кабана, а теперь отвергаете от дальнейшей беседы, словно юного мальчишку.

Румянец на щеках Дэйны засверкал еще насыщеннее.

— У каждой леди должен быть свой секрет, разве вы так не считаете?

Мужчина поравнялся с Дэйной, и зааплодировал говяжьему филе в сливочно грибном соусе с тонкой ноткой приправки из базилика: