Книга Путь Наставника 3, страница 60 – Игорь Ан, Ярослав Мечников

— И кто он такой, твой наставник? — спросил я.

Одна мысль пришла мне в голову, и теперь я раздумывал, как мне провернуть это так, чтобы не спалиться.

Две секунды — это быстро. Когда не таишься, проводя Углублённую Диагностику. А в моём случае, тянулись они вечность.

Корж будто что-то почувствовал, уставился на меня, затем улыбнулся.

— Ну-ну, изучай, — довольно произнес он, и выпятил грудь.

[Цель: Корж (имя неизвестно)]

[Статус: стезевик, ступень Зерно]

[Наполненность Средоточия: 3 %]

Собственно, это всё, что мне нужно было знать.

Его кто-то обучил. Он точно не был стезевиком, когда мы виделись в последний раз. И этот кто-то смог не только быстро разблокировать Средоточие, но и, как минимум, обучить его «первому вдоху». Иначе Средоточие было бы пустым.

Кто? Конечно же, Наставник! Вот только кто он такой?

Я непроизвольно взглянул на кочергу, стоящую рядом с камином. Корж заметил мой взгляд и рассмеялся. Вообще, смеялся он много и с удовольствием. Раньше такого я за ним не замечал. Хорошо это? Не знаю. Обычно, я рад, если человек веселый и любит посмеяться, но сейчас эта манера мне действовала на нервы.

— Кто твой наставник? — повторил я вопрос, голос отчего-то сорвался на крик.

И вдруг меня накрыло воспоминание.

В конце девяностых, начале двухтысячных к нам в страну, терзаемую кризисом и не только экономическим, ворвалось множество сект и различных христианских конфессий. Сейчас даже не вспомню кто это был. Может, лютеране или ещё кто… не возьмусь утверждать. Меня привлекло в них, как дружно они выглядели со стороны. Как смеялись, много разговаривали. На фоне других людей, эти ребята выглядели счастливыми. Что еще могло хотеться подростку? Угостили печеньками, поговорили о боге.

Я тогда о нём не особо думал. Никогда не был верующим. Никогда и в церковь-то не ходил. А тут… добрые лица, разговоры о душе. В общем, меня это подкупило. Я стал приходить на квартиру, где собирались эти люди. Они пели песни, все об Иисусе. Меня это немного смущало, но я сам их не пел. Жевал печеньки, слушал, засматривался на девчонок.

А через какое-то время меня спросили верю ли я в бога. Ведь если я с ними, то должен быть не только рядом физически, но и духовно. Я смутился. Что я мог ответить? Верил я тогда, разве что в волю вселенной. Существование бога считал недоказуемым, но готов был допустить такую возможность. Типичный агностик, как я сказал бы я сейчас. Но моё смущение трактовали как-то странно, по-своему. А все попытки, объяснить мою позицию, восприняли весьма странно.

Помню сумасшедшие глаза пастора (или как он там у них назывался?), нависающего надо мной в своем чёрном костюме и чёрной рубашке с белой полоской на вторнике, который выкрикивает, брызжа слюной:

«Кто твой бог⁈ Ответь! Кто твой бог⁈»

Я выскочил из той квартиры, даже не накинув куртку, на мороз, в развязанных ботинках, а мне в спину несся непрекращающийся вопрос.

Больше я никогда не приходил. Печеньки с тех пор тоже не люблю. А если вижу добрый и всёпонимающий взгляд, меня потряхивает.

Я замолчал.

Сейчас я сам себе напоминал того пастора. «Кто твой наставник⁈»

Так ли это важно, если просто мальчишка-беспризорник вдруг достиг ступени Зерно? Я ведь и сам делаю то же самое. Не зря мне высказал это Куцый и Бивень. В чем разница?