Книга Путь Наставника 3, страница 25 – Игорь Ан, Ярослав Мечников

Бивень мялся. Бивень думал. Он всё понимал, и не мог не призвать мою правоту, но в нём ещё слишком глубоко сидело мышление улицы и конкуренции за среду.

Наконец он вздохнул и произнёс:

— Пойти могу только я. Я многих знаю лично. Ходил на сходки вместе с Костью. Знаю главарей и помощников. И я единственный, кого не тронут просто так, — он коротко усмехнулся. — А теперь и подавно.

Бивень провел короткий таолу с ударами кулаком и блоками. Провёл с поразительной для себя скоростью. Пусть и точность движений хромала. Похоже, утро он посвятил проверке своих новых возможностей. Я его за это не винил, конечно. Я бы тоже так поступил. Но что я заметил, из-под одежды торчали кончики белого пояса — символа обещания. И я верил, что Бивень о нём помнит.

— Я поставлю на работу ребят и пробегусь по местным. Дойду до куда смогу. Попробую уговорить, но силой тащить не стану. Каждый отвечает за себя. И сам решает свою судьбу.

— Силой не нужно, — согласился я. — Спасибо!

— Пока не за что. Глеб, подумай ещё. Ты уверен? У нас не так много места.

— Я уже подумал, — ответил я. — Всё, мне пора. Угольщик ждёт.

Труп из проулка уже убрали. Не знаю кто и когда, но развалившегося на части человека не было. Всё, что напоминало о его реальности — это несколько кусочков замороженной плоти, оставшиеся у самой стены.

Угольщик прошёл мимо, даже не обратив внимания, а я снова отвернулся. Неприятное воспоминание, которое точно будет преследовать меня какое-то время.

Выйдя на широкую улицу, мы перемахнули выгнувшийся кошачьей спиной мостик через протоку. Внизу мужики уже чистили проруби. Ругались, кляли Костолом, про который уже все и думать забыли, а он нагрянул. Подикась, уже лет тридцать не было, и вот снова. И это ещё не всё. Тёща говорит, что и сегодня ночью будет. А она чувствительная скотина, вот как приду домой, чуть подвыпив, вмиг чует…

Мы миновали мостик, и голоса остались позади, растаяв в утреннем морозном воздухе.

Угольщик шёл быстро, не задерживаясь, не оглядываясь. Он пыхтел, но пёр вперёд, как паровоз. Я едва поспевал за ним.

Примерно минут через сорок я понял, что мы направляемся к одной из высоченных башен на Стене. Ещё издалека я прочитал надпись, выложенную светлым кирпичом по темному: «Южная Застава» и ниже: «37 год ЭИ»

Мне казалось, что башня совсем рядом, но идти до неё нам пришлось ещё почти час. Но мы направились не к самой Заставе.

Угольщик, не доходя несколько кварталов свернул налево, и мы начали петлять по нешироким грязным улочкам. То тут, то там, здесь попадались лавки. Товары в них продавали очень и очень разные. От деревянных поделок до звериных шкур. От каких-то стеклянных банок с непонятным содержимым до ярких игрушек. Похоже, в подобное место мы с Гришей и должны были отправиться во второй день моего пребывания в этом мире.

Народу здесь был вагон и маленькая тележка. Несмотря на ранний час — по моим прикидкам ещё не было и шести утра — по улицам сновали сотни человек. И все они были чем-то занята. Праздношатающихся я не заметил. Возможно, это были продавцы и подмастерья, готовившиеся к наплыву покупателей. А может, те самые приезжие купцы, что везли сюда свой товар из других городов.

Угольщик всё это время молчал. Лишь один раз, он прикрикнул на юркого мальца, который слишком уж вальяжной походкой приблизился к нам и стал ошиваться рядом. Похоже, карманник из беспризорников. Наверное, именно так мы бы с Гришей выглядели там, у другой Заставы.