Книга Путь Наставника 1, страница 88 – Игорь Ан, Ярослав Мечников

И вдруг…

Тишину улицы разорвал вой сирены.

Громко до боли в ушах. Словно я стоял рядом с громкоговорителем системы городского оповещения воздушной тревоги.

Стезевик дёрнулся, но взгляда от меня не отвёл.

Звук переходил из ноты в ноту, образуя тревожные завывания. А потом раздался голос.

«Внимание! Всем жителям! Опасность прорыва периметра! Всем немедленно укрыться в домах, запереть двери и окна! Всем свободным стезевикам явиться к месту вероятного прорыва — вратам северной заставы!»

Я видел, как дрогнуло лицо стезевика, как он едва заметно улыбнулся. Я только сейчас увидел длинный, тонкий шрам на правой щеке. От самого уголка губ до края глаза. Белая, чуть неровная ниточка. Давний, но явно боевой.

— Рекомендую вам укрыться, сударыня, — произнёс стезевик, обращаясь к женщине, но не сводя с меня взгляда. — На улице может быть небезопасно.

— Конечно, конечно, — затараторила женщина. — Я укроюсь. Но…

Договорить она не успела.

Словно ветер пронёсся мимо, словно полыхнула чёрная молния. Миг — и перед нами никого нет. Я успел заметить движение в конце улицы. Уверен, что это был стезевик. Но как⁈ Чёрт возьми! Вот это скорость! Что я хотел? Ударить и сбежать? Мне самому стало смешно.

Я словно завис, раздумывая над тем, как я мог встрять и как мне удалось выпутаться.

В чувство меня привело то, что женщина трясла меня за плечо.

— Нужно уходить, мальчик. Иди домой.

Сирена выла, и сквозь этот шум я плохо различал, что говорит женщина. Потом голосовое сообщение начало повторяться, и я несколько секунд вообще не мог ничего разобрать. Она мне что-то говорила, а я думал только о том, откуда здесь сирена и громкоговорители. Ведь без электричества это невозможно. Но в ту же секунду вспомнил яркие фонари на Стене и понял, что тогда не ошибся. Несмотря на то что улицы освещались масляными лампами, где-то в этом городе умели управлять током. Это было странно и одновременно давало ясное понимание, что, чёрт возьми, «Тото, у меня такое чувство, что мы больше не в Канзасе».

Я помотал головой.

Это и так было ясно, но мир в очередной раз показал мне, что я о нём очень мало знаю.

Ладно, не до размышлений сейчас…

Как ни странно, но ни сирена, ни опасность не отменяли то, что мне было нужно.

— Иди! — прокричала женщина почти мне в ухо, и на этот раз я её услышал.

Я замотал головой.

— Не могу. Мамка не пустит без угля!

Это может показаться странным или неправильным, но я не собирался сдаваться. Не собирался менять своей истории. Потому что сейчас был мой шанс.

— Да ты с ума сошёл! Она у тебя что монстр? Не пустит сына домой?

Я пожал плечами и изобразил обречённость на лице. Пустить бы слезу, но я не актёр, чтобы так легко перевоплощаться.

— Не могу, — тихо произнёс я.

Женщина выпрямилась. Посмотрела на меня с сочувствием, а потом покачала головой, развернулась и пошла. Быстро. Торопливо.

Я стоял, не двигаясь.

Через пять шагов она остановилась, обернулась.

Я уставился в землю, опустил плечи.

— Да что же это такое! Давай скорее! Идём, я помогу!

Да! Внутренне я ликовал.

Тревога, паника, спешка. Всё это отключает критическое мышление человека на раз два. Неподготовленного человека. Тренированный умеет владеть собой. Но эта женщина сдалась. Она пожалела меня, повелась на мою игру. Ей ничего больше не оставалось.