Книга Прачечная потусторонних услуг, страница 98 – Владимир Ахматов

«Прад-Парад, серьёзно?».

— Видишь ли, самая мощная сила в мире — это не магия и не технология. Это простая, глупая, всепоглощающая вера. Люди не отдают себе отчета, что каждое их «верю» или «не верю» — это постоянное голосование за то, каким будет наш мир. В одиночку — не больше шепота. Вместе — громкое заявление, которое материя не может проигнорировать. Особенно, если материя для этого предназначена, умеет впитать и названа Богом. Поэтому вопрос не в том, кто из богов «настоящий». А в том, чей PR-отдел, он же — жречество, работает эффективнее. Больше последователей — больше силы. Больше силы — больше чудес, чтобы привлечь еще больше последователей. Замкнутый круг. Божественный маркетинг. — Прад вынул новую сигарету, орудуя ею, как указкой. — Внимание на экран. Смотрите. В лидерах у нас традиционно находятся системы верований, сфокусированные вокруг фигуры Иисуса Христа. На втором месте Ислам, бронза у Иудаизма.

Глаза у Гиты погасли.

— Такой себе этот ваш «Прад-Парад», почему буддизм только на пятом месте?

— А Буддизм, дорогая моя, — цокнул языком Прад, — это премиум-сегмент. Высокая эффективность на одного адепта, феноменальные результаты в области личного просветления и управления реальностью. Но… эпатажа не хватает — всё в себе. Слишком сложный продукт для среднего потребителя. Потому-то Буддизм только на пятом месте по распространённости в мире, а на четвертом. Та-дам — Китайские народные верования. Причудливая смесь из духов предков, даосских алхимиков и божков-бюрократов. Взять хотя бы китайский автопром. Никто же в него не верил! А он есть. Китайцы поверили и вуаля — чанганы рассекают дороги Евразии.

Вадим нахмурился. Арина с ним согласилась — пример не слишком убедительный, хотя…

— … но обо всех этих религиях говорить мы не станем, а почему? Отвечает Вадим!

— Статья 148 УК РФ, оскорбление чувств верующих! — выпалил, подскочивший Вадим с пионерским запалом. — Господин Майор!

— Спасибо, Вадик, но с утра я был капитаном, да и корочки у меня липовые.

Арина резко заморгала. Перед глазами плыла пелена, в ушах гулкий звон — знакомое ощущение, когда Прад накладывал легенький морок. Что? Почему? Вадик что-то говорил? Быть не может. Снова сидит молча. Потрясла головой — показалось, а Прад уже продолжал.

— Все эти ребята из топа — легальные, лицензированные операторы. Они в системе. А нас интересует черный, вернее серый рынок веры. Итак, надеюсь, вы поняли главное — чем больше у бога верующих, тем он могущественнее, но и это не догма. Любая схема иногда даёт сбой. В далёком прошлом у язычников существовали десятки и даже сотни персональных божков на все случаи жизни. Богов много — истовых верующих мало, сил кот наплакал. Это сегодня господа из списка все такие миролюбивые, почивающие на лаврах. Раньше за веру приходилось бороться. Хочешь быть богом — докажи, что ты круче, сильнее, нужнее. Убивай конкурентов, заключай альянсы, воруй паству. Иначе однажды просыпаешься и понимаешь, что ты — никто. Бесплотный дух, или вовсе человече, которого помнят три старушки в глухой деревне. Спросите у Кавила.

— Стоп-стоп, — вклинилась Арина, — Кавил, это который Генри? Ведьмак?

— А ты разве сама не догадывалась? — округлила глаза Гита. — У него же на бицепсах всё написано! И татуировки прячет под волосатой грудью. И не стареет.