Книга Прачечная потусторонних услуг, страница 91 – Владимир Ахматов

Кондиционер под потолком длинного коридора гудел разгневанным шершнем, борясь с вечной сыростью. Тут уже никакого перхлората. В воздухе запах старых бумаг, пыли и легкий электрический призвук тайн — вечный спутник их истиной работы.

Сегодня тихо. Никаких звонков от бабулек, уверенных, что в унитазе завелся призрачный питон, который обязательно укусит, когда… Или от бизнесменов, которым денно и нощно мерещатся происки дьявола в биржевых котировках на нефть. Мир, похоже, решил дать своим защитникам от потусторонних сил выходной.

У каждого члена группы имелись личные кабинеты. Арина прошла мимо комнаты Гиты, откуда несло благовониями. Дверь в кабинет Вадима закрыта. Арина на секунду задержалась, представив его молчаливую фигуру за монитором, и в груди что-то сладко и глупо заныло. Он был похож на героя дешевого романа — молчаливый, красивый, с некой манящей тайной. Арина так и не решила, как относится к нелепой симпатии, растущий под сердцем к этому подозрительному парню.

Свой «кабинет» она любезно называла Архивом. На деле же это была комната с стеллажами до потолка, забитыми папками с делами о фантомах, призраках, а еще аномальных ливнях из лягушек в Чертаново и прочей сомнительной чертовщине. Ее место — стол, заваленный бумагами, с неизменным термосом со сладким чаем и коробкой пончиков «с предсказанием судьбы по количеству джема внутри» — как они шутили на прошлой работе с Галиной Григорьевной.

Села, собираясь погрузиться в изучение дела о призраке метро в депо «Красная Пресня», как дверь неожиданно распахнулась без стука.

На пороге Капитан. Разумеется. Кто же ещё?

Капитан Прад. Человек, который выглядел так, будто Джордж Клуни решил поиграть в секретного агента и застрял в этой роли навсегда. Просверлил Арину взглядом с прищуром, он всегда видел её насквозь. Возможно, буквально. В истинной природе его способностей она пока не разобралась.

— Аришенька, кролик мой кормовой, источник неиссякаемого оптимизма и главный потребитель запасов конфет, — начал он, и его голос сделался сладок, как сироп и ядовит, как цианид. — Отвлеки свой благородный зад от бумаг. Пойдем-ка со мной. Настал твой звездный час. Или звездные пятнадцать минут — как карта ляжет.

— Капитан, я как раз… — начала она.

— Ты как раз собиралась открыть в себе дар, сравнимый разве что с моим обаянием, — перебил он. — Брось всё. И пончик тоже. Хотя нет, возьми с собой. Пригодится для подпитки мозговой активности. Или для талии. Решай сама, что важней.

Он повел ее по коридору в глухую комнату без мебели, в которой так недавно она готовилась к изгнанию своего первого полтергейста. Внутри всё тот же голый стол и стул, привинченный к полу. В этот раз на столе лежала колода карт. Обычных игральных карт.

Прад закрыл дверь, и тишина стала густой, как арахисовая паста. Взял колоду, ловко перетасовал. Карты шлепнулись на столешницу со звуком пощечины.

— Слушай, Арпеник, — он внезапно стал серьезен. Непривычно серьезен. — Я, пожалуй, был к тебе… слишком суров. Подкалывал. Это моя защитная реакция на людей, чей внутренний свет слепит мою уставшую душу. Забудем? Давай сосредоточимся на том, что важно. На твоем потенциале.

Арина насторожилась. Это было похоже на то, как если бы кот внезапно начал читать лекцию по квантовой физике — интригующе, но чертовски подозрительно.