Онлайн книга «Карп в сухой колее. Том 1»
|
— Об этом стоит хорошенько подумать и вам, господин Хэ. Особенно когда вы противитесь тому, что обязательно должно произойти. Цао Сяошэ вновь приблизился и чуть склонился так, чтобы заглянуть Юн Шэню прямо в глаза. — К чему это все? – хмуро процедил Юн Шэнь. — Просто предупреждаю. Вам ведь не хочется погубить себя, верно? – тихо и вкрадчиво сказал Цао Сяошэ. Он помолчал всего мгновение, чтобы затем резко отстраниться и расплыться в улыбке. – Хотя если все же хочется, то спешу вас расстроить! Я вам этого не позволю. Увы и ах! – бодро закончил он. Юн Шэнь шумно выдохнул сквозь зубы. И все же его слова об убийстве учеников Юэлань заставили задуматься. Настоящий хозяин шкатулки, тот, кто выдавал себя за Хэ Циюя, тот, кому Благодетель тоже пообещал что-то… это был в высшей степени беспринципный и алчный человек. Трудно представить, что кто-то подобный первоначально встал на путь света. Хотя мало ли было и среди бессмертных тех, чьи амбиции слишком уж велики? Нет. Предостаточно. Но те, как правило, могли умерить свой пыл и отринуть соблазны, не поддаваться поспешности. Искушения есть всегда, но, храня свет в душе, справиться с ними под силу разве что… «Есть человек, что обращен к свету, но в его сердце скрыта тьма». Так говорил старик Сун. «То, что вы совершенствуетесь, идя по светлому пути, вовсе не значит, что свет есть в вашей душе». «Я вижу тьму, скрытую в вашем сердце». Так говорила Чэнь Ляомин. Два голоса повторяли эти же фразы в голове Юн Шэня, пока не начали сливаться между собой, превращаясь в неразборчивую мешанину звуков. Он вновь схватился за голову и зажмурился до цветных клякс, когда боль сковала его голову стальным обручем. Ход мыслей вновь привел к Си Ину, хотя Юн Шэнь уже начинал путаться в этом всем. Где были его выводы, а где насажденные стариком Суном сомнения, недосказанности, воспринятые превратно… Бессмысленно ли уже отрицать связь главы Юэлань с демонами? Юн Шэнь чувствовал, что здесь что-то нечисто. Общая картина происходящего словно скрывалась за туманной завесой или проглядывала сквозь окно, затянутое тонкой бумагой. Он мог видеть лишь черты, небрежные кляксы теней. Одна мысль о демоническом царе Чи, который был здесь во плоти, вызывала у Юн Шэня необъяснимый приступ тошноты и мерзости, точно внутренности скручивались в крепкий узел и затягивались все туже – совсем как цепи на шее Ху Иньлин. Юн Шэнь глубоко вздохнул, чувствуя, как грудную клетку сковывает спазм. Затхлый воздух, пронизанный гарью демонической крови, словно так и стремился удушить. Юн Шэнь опустил взгляд на изящное переплетение линий печати Неба и Земли. Ему нужно сосредоточиться на чем-то одном, иначе ворох сомнений и тревог унесет его разум прочь от здравых и взвешенных суждений. Печать была искусно выведена, и даже грубые края черт, от которых по камню пола распространялась паутина трещин, не портили ее вида. Юн Шэнь проследил за линиями и медленно двинулся вперед, огибая клетку по дуге, так и не заходя за внешний предел печати. Не хватало еще сильнее погрязнуть в темной ци, он ведь и так… Демоническая энергия и правда могла влиять на рассудок. Затуманивать его, делать человека излишне порывистым, агрессивным. Заставлять уступать подавленным чувствам и страхам. Доставать из глубин сознания то, что было всеми силами скрыто, выворачивать это наизнанку. Она добиралась до самого нутра. Юн Шэню такое чувствовать было крайне неприятно. Словно он терял и так не самую твердую почву под ногами, и тщательно выстроенная стена, призванная оберегать его… От чего именно оберегать, Юн Шэнь не был уверен. Он не знал. Но в сознании была единственная, четкая и непоколебимая мысль на этот счет: так нужно, а он ведь… |