Книга Карп в сухой колее. Том 1, страница 16 – Софья Ленская

Юн Шэнь мало что понял из того, что она говорила, а потому лишь рассеянно кивал. В основном это были новости и слухи о других знатных семьях, Юн Шэнь совершенно не разбирался в этом. Век смертных слишком короток, а жизнь так насыщенна. Ярко вспыхнуть и стремительно погаснуть – они были для него не более чем хрупкими светлячками. Смертный род мог быстро обрести высокое положение в обществе и мог так же быстро впасть в немилость и быть истребленным. С бессмертными дело обстояло иначе. Во много раз проще, когда есть возможность жить вечно.

Вскоре с закусками было покончено. И пока служанка торопливо сгружала посуду назад в короб, Хэ Цисинь поднялась со своего места и легко поправила подол одеяния.

— Я думаю задержаться в поместье подольше. Не хочу оставлять тебя, к тому же мы так долго не собирались вместе! Совсем скоро должен прибыть отец с благими вестями с границ, а еще в этом году наконец возвращается Цимин! Бабушка будет рада…

Значит, семейное собрание? К этому Юн Шэнь не был готов.

— Цимин?

Еще один брат Хэ Циюя? Но который по счету…

— Да! Недавно получила от него письмо, он сообщает, что закончил обучаться в школе Юэлань и вернется домой! Еще он пишет, что прибудет не один! Может, это к скорой свадьбе?.. – протянула Хэ Цисинь, складывая руки на груди. – Эта заклинательская чушь забила ему всю голову, но, быть может, вновь окунувшись в мирскую жизнь, он все же когда-нибудь осчастливит нас племянниками.

Юн Шэнь замер. Школа Юэлань. Заклинатели.

Это его шанс!

Он принялся судорожно вспоминать, кто из его боевых братьев и сестер мог возглавлять эту школу. Он знал многих, кто время от времени покидал Обитель, чтобы поделиться мудростью и знаниями с жаждущими бессмертия и просветления. Юэлань. Лунный ореол. Название было очень знакомым, ответ будто лежал на поверхности, но ничего толкового на ум не приходило.

Когда служанка закончила собирать короб и уже подошла к двери, встав рядом с ней, чтобы не идти вперед госпожи, Юн Шэнь вдруг спросил:

— Могу я прогуляться с тобой по поместью, Синь-мэй?

За время их общения Юн Шэнь понял, как эта сестрица печется о его здоровье, поэтому обращение добавил намеренно. Судя по всему, акцент на их родственных узах делал барышню Хэ более сентиментальной, и это могло пойти Юн Шэню на руку. Пусть общение было в тягость – он порядком утомился от чужой болтовни, – ему не мешало бы осмотреться. Кроме того, из уст Хэ Цисинь можно было узнать больше о семье Хэ и, возможно, об этом брате Цимине или школе, в которой он обучался.

Было видно, как Хэ Цисинь боролась с собой, прежде чем дать ответ. Она чуть нахмурила изящные брови, сомневаясь, но сентиментальность все же пересилила, и она кивнула.

— Только оденься теплее, – наказала она и оглядела комнату. Подойдя к шкафу, она достала оттуда темно-синюю плотную мантию. Ее воротник был отделан белоснежным пушистым мехом, как и рукава, а по всей длине спускалась искусная вышивка серебристой нитью, изображавшая пейзаж гор и рек.

Очередная вычурная вещица из гардероба Хэ Циюя.

— Вот, надень.

Юн Шэнь отчего-то не хотел облачаться в подобное, поэтому потянулся к зеленой мантии, что дал ему Су Эр. Она так и осталась валяться на кровати с тех пор, как Юн Шэнь переоделся.

Хэ Цисинь сморщила нос.